— Просто хочу, чтобы все завершилось там, где и началось, — с угнетающей интонацией произнес Шейн.
Чтобы что? Чтобы все завершилось? О чем он? Что должно завершиться? Он принял решение положить конец нашим отношениям?!
Паника нарастала все сильнее. Пульс бил в виски, а тело накрыла нестерпимая дрожь. Дышать становилось труднее с каждой секундой, но я не решалась задать прямой вопрос, чтобы узнать, с чем же он все-таки решил завершить. На уме была только одна мысль, но я старательно пыталась отогнать ее и убедить себя в том, что она не может быть правдивой.
Разве может он вот так поступить с нами? Мы столько всего пережили, прежде чем снова воссоединиться.
Он разлюбил меня? Вот так резко и внезапно? Глупость какая, такого ведь не может быть! Но вдруг моя неуверенность в совместном проживании настолько пошатнула его веру в нас, что он все же решился пойти на отчаянные меры?!
А, может, он просто решил так поманипулировать мной, чтобы я, боясь его потерять, безоговорочно согласилась на покупку дома?
Или дело здесь вовсе не в наших отношениях? Может, он имел ввиду все то, что случилось после нападения Сильвии?
В растерянных чувствах и с противоречивыми мыслями я провела всю дорогу и даже не сразу заметила, что машина остановилась.
Я тряхнула головой, прерывая мозговой штурм, и стала вглядываться в окно. Но свет фар освещал в потемках лишь беспорядочно кружащийся снег.
— Куда мы приехали? — спросила, так и не определив местность.
— Здесь мы провели наш первый совместный вечер, — задумчиво ответил Шейн.
— Помню, конечно. Но зачем мы приехали именно сюда? Звезд мы сейчас явно не увидим, на улице ведь метель, — я на автомате говорила то, что первое приходило на ум, не особо отдавая отчета своим словам, тогда как сердце судорожно билось в конвульсиях.
— Я понимаю, что не увидим. Но, как уже говорил, я хочу, чтобы наше прошлое закончилось в том же месте, где и началось.
Значит, речь пойдет не конкретно о наших отношениях, а о прошлом? Он просто решил подвести своеобразную черту, оставив все плохое здесь и начав с чистого листа? Что ж, зря накручивала себя и переживала.
Радость разлилась теплом в душе, стоило мне понять, что ничего дурного не произойдет. Я с облегчением выдохнула и посмотрела на Шейна. Но вот в его глазах отчетливо читалось напряжение, от чего я вновь растерялась.
Шейн гулко выдохнул и заговорил:
— С первой нашей встречи я понял, что ты особенная, как и мои чувства к тебе.