Кассандра. Во власти предателя

— Почему она здесь? Я ведь просил ее больше никогда не появляться у меня на глазах, — разгневанно пробормотал Шейн, как только дверь захлопнулась.

— Ты ведь был при смерти. Она волновалась за тебя…

— Кэс, ты что, на ее стороне вдруг оказалась? Ты уже и забыла, что она с тобой сделала?! — изумился он моей благосклонности к ней.

— Я хочу рассказать тебе кое-что важное, — мягко улыбнулась ему. — Не так давно у меня были некоторые трудности с силами. Я обратилась в зверя и не могла вернуть свой обычный облик. Из-за этого нам с родителями пришлось отправиться к хранителю.

— К кому? К хранителю? — недоумевающе переспросил Шейн.

— Да, к хранителю книги Нагвалов. Твоя мама тоже хранитель, только из другого клана. Короче, я тебе потом все в подробностях расскажу, — поторопила сама себя, чтобы скорее перейти к сути. — В книгах хранится вся важная информация о Нагвалах. И там было пророчество обо мне.

— Да, я знаю, — перебил меня Шейн, — Родится ребенок от запретного союза, навлечет на всех проклятие, — небрежно пересказывал он.

— Не совсем так. Как оказалось, проклятия нет. Многие поколения хранителей старались оттянуть исполнение пророчества до последнего, поэтому и говорили всем, что союз запретный из-за проклятия. Но правда в том, что утрата Нагвалами человеческого обличия была просто частью пророчества. Рождение будущего предводителя должно было повлечь за собой обращение Нагвалов, чтобы они вспомнили о том, кем были рождены и обрели прежнюю силу.

— Выходит, ты предводитель? — с легкой усмешкой спросил Шейн, приподняв бровь.

— Не смейся, — упрекнула его с улыбкой. — У меня это тоже не укладывается в голове. Но сейчас я не это хочу до тебя донести, а то, что в пророчестве было сказано и о моей смерти, и о воскрешении.

— Как-то все запутано, — помотал головой Шейн. — Смерть, воскрешение, обращение… Зачем это все?

— Не я это придумала. Но все происходит именно так, как и говорится в пророчестве, — пожала плечами. — Ты понимаешь, к чему я веду? Твоя мама знала обо всем этом.

Знала, что я буду жива после всего. У нее не было цели просто лишить меня жизни. Она лишь делала то, что ей было предписано. Но мы с тобой слишком поздно узнали обо всем этом. Поэтому и получилось так много недопониманий и обвинений. Но теперь ты все знаешь, и тебе больше не в чем винить маму. Ну а мы с тобой, — меня внезапно охватила паника. — Мы ведь можем снова быть вместе, так ведь?

— Иди ко мне, — Шейн притянул меня к себе и крепко обнял.