Аристократов нечасто казнили, а уж в присутствии наследника — еще ни разу. Чем не зрелище?
— Сударыня, вы пытаетесь закормить племянницу, как гусыню? — донеслось из-за двери.
Опять тетя? Дрожащая Эрика решила, что в этот раз не поддастся уговорам: она не будет есть в то время, когда решается судьба отца.
Бедный папочка! Она так виновата перед ним и мамой!
После того, как неумолимая охрана артефактом проверила поднос, Намия вошла в спальню.
— Чай и твой любимый пирог! — сообщила она подчеркнуто бодро.
Открытый пирог гордо демонстрировал ярко-зеленую начинку. Дорогущие ягоды шо?
Эрика с удивлением посмотрела на тетку: неужели забыла, что ей после них плохо?
Намия подмигнула. Стоящий позади маг, разумеется, не увидел.
Значит, ничего Намия не забыла…
— Обожаю ягоды шо, — натянуто улыбнулась девушка и положила на тарелку кусочек. — Вы тоже угощайтесь.
Предсказуемо охранники отказались и вышли из спальни, но дверь оставили приоткрытой.
Когда Эрика съела треть кусочка, ее губы и веки опухли.
Когда она начала кашлять, тетка в притворном ужасе закричала:
— Отравили! Целителя срочно!
Ворвавшаяся охрана мигом оценила обстановку.
— Я за артефактами, стереги их, — распорядился старший боевик и выскочил из спальни.
— Дыши, Эрика, дыши, милая! — причитала Намия, заламывая руки и при этом прислушиваясь к звукам извне.
Когда стих топот сапог первого охранника, она внезапно обернулась ко второму и махнула рукой.
Маг не успел отреагировать на летевшую в его сторону сверкающую пыль. Мгновенно уснув, рухнул женщине под ноги.
— Быстрее! — прошипела Намия и за руку потянула племянницу из спальни.
Из дома они выскочили через ход для слуг, благо его не стерегли — Динаэрий посчитал, что двух боевиков возле спальни невесты достаточно.
— Когда окажемся на улице, разделимся: сядешь в первую карету, тебя отвезут к Айле, — на ходу, тяжело дыша, проговорила Намия. — Надень кулон!
Тетка протянула зеленый камень на простой медной цепочке.
Запыхавшаяся Эрика все еще опухшими, непослушными пальцами надела украшение.
Зеленая вспышка. Намия стала точь-в-точь как ее отражение в зеркале, даже домашнее платье скопировало.
— Давай, встретимся на месте! — решительно велела тетка за воротами.
Они разделились: дрожащая Эрика поднялась в закрытую карету, тетка — в стоящий неподалеку открытый экипаж.