А в центре арсенала был пышущий жаром плавильный бассейн, полный раскаленного докрасна жидкого металла. Несколько незаконченных мечей ждали своего часа внутри него. Каждое оружие, сделанное Гоученем Шангуном, намного превосходило любое сделанное в мире людей, даже если это была кузница Заиндивелого Небесного Сияния[1]. Вместо того чтобы расплавиться под воздействием сильного, обжигающего жара, лезвия и наконечники этого оружия закалились и сияли особо ярко.
[1] 紫电青霜 zǐ diàn qīng shuāng цзыдянь циншуан «небесное сияние осеннего инея».
Еще более удивительными были различные части для инкрустации, которые под действием магии древнего дерева сами по себе парили в воздухе.
Крошечные декоративные украшения и драгоценные камни танцевали над головой, как множество маленьких демонических духов. При их случайном столкновении сыпались искры, и воздух наполнялся приятным слуху звоном.
Гоучень Шангун оглянулся с улыбкой:
— Здесь немного тесновато, да.
Ши Мэй: — … «Э».
Сюэ Мэн: — … «Тесновато? Тогда что для него просторно?»
Мо Жань: — … «Какой ответ на это ты хочешь услышать, мать твою! У меня нет слов!»
Чу Ваньнин: — ..."
"Гоучень Шангун предложил Сюэ Мэну и Ши Мэю осмотреться и выбрать оружие, предложив взять то, что им понравится. Что касается Мо Жаня, то Гоучень Шангун из-за своего интереса к юноше сам занялся подбором для него подходящего оружия. Бог заставил Мо Жаня перепробовать несколько различных своих творений, но не был полностью удовлетворен ни одним из них.
— Гуцинь Фэнмин Цзяовэй, — Гоучень Шангун, ничуть не обескураженный неудачей, передал четырнадцатое оружие.
Мо Жань:
— Гм... Я не умею играть.
— Неважно, он подстроится, просто коснись струн...
Гуцинь был черным, гладким и блестящим. Мо Жань дернул струны пару раз, как и было велено, но те неожиданно завибрировали, дессонируя резким стоном.
Гоучень Шангун тут же убрал гуцинь в сторону, и тот вернулся на свое место, а в руках бога оказалась нефритовая пипа.
Мо Жань:
— Давайте просто пропустим это…
«Играть на пипе слишком женственно для меня. Оставьте это для женоподобных мальчиков из Куньлуньского Дворца Тасюэ», — подумал он.
Но Гоучень Шангун настаивал:
— Попробуй.
Мо Жаню оставалось только уступить и принять предложенную пипу, но его недовольство было слишком сильно: после первых рывков струна была порвана.