Здесь всё кричало о том, что это жилище богатого человека. Очень богатого. Ибо больше картин в золотых рамах по всему коридору я ни у кого не встречал ни в этой жизни, ни в предыдущей.
Один из безопасников открыл дверь кабинета и придержал дверь. Двое других занесли Нурлана и положили на кушетку.
— Он истощён. Вы можете ему помочь? — тут же спросил я у подошедшего к нам пожилого мага.
— Конечно. Хорошо, что сразу принесли. Сейчас всё сделаю.
Мы встали у кушетки, на что целитель окинул нас недобрым взглядом и произнёс:
— Попрошу всех выйти.
Я кивнул и вышел первый. В таком деле очень важно сосредоточиться, это я уяснил на тех немногих занятиях по целительству, на которых присутствовал.
— А вот теперь можем идти допрашивать убийцу, — сказал я безопасникам, потирая руки, когда они тоже вышли из кабинета, и последний закрыл за собою дверь.
— Но, ваша светлость, вам не положено, — осадил меня главный.
— Кто сказал? — ухмыльнулся я.
Мужчина замялся и почесал гладко выбритый подбородок. Походу я первый аристократ, который решился вмешаться в их работу. А мне было важно лично убедиться, что моим людям здесь больше ничего не угрожает.
Не хочу засыпать и думать, что поблизости бродит какой-то маньяк.
Мы вернулись к фонтану, где один из мужчин остался охранять тело. А на мой вопрос: «Зачем охранять, если ему уже никто не сможет навредить», безопасник лишь косо на меня посмотрел и не ответил.
Оттуда свернули в сад. Глава службы безопасности шёл первый и никак не хотел пускать меня вперёд.
В саду мы обнаружили мужчину, который секатором подрезал кусты, создавая сверху ровную поверхность.
— Михалыч! — позвал его глава СБ.
— А, что? — обернулся садовник.
Мы подошли вплотную и выстроились полукругом, отрезая путь к бегству. Я перенял стратегию безопасников без лишних объяснений.
— Тебе придётся пройти с нами и ответить на пару вопросов, — спокойно сообщил главный.
Блин, а я-то ожидал представления. Но, с другой стороны, безопасник выбрал верную стратегию. Так у убийцы не будет повода сбежать. Мало ли о чём его расспросить хотят.
Лицо садовника исказилось в страшной гримасе. В глазах блеснул огонёк безумия. «И всё-таки представлению быть» — подумал я и не прогадал.
Садовник ринулся в места и в один прыжок миновал высокие кусты. Мы бросились за ним.