Вика выбросила из рук водяные лезвия, разрезая щупальца отвратительной твари. А затем потянулась к Мариссе, руки которой были скованы.
Но девушка успела проплыть лишь метр, как вокруг стало неимоверно холодно. Лёд наступал с самого дна.
Он приковал ко дну тушу кальмара, и монстр от боли сжал русалку ещё сильней. Он сломал её пополам. А пребывающая в шоке Вика забыла, как плавать.
Она очнулась, только когда лёд напрочь сковал её ноги. Теперь не было смысла сопротивляться.
* * *
Смерть… Бесконечная смерть…
Вот во что превратилась эта ночь.
"Но как бы ни хотелось упасть и кричать, что есть мочи. Я шёл дальше. Вместе с Николаем мы принимали одну атаку за другой. Он потерял одну оболочку, но нисколько об этом не жалел, ведь смог противостоять богу.
Зато я чувствовал опустошение, снова ступая по выжженной земле этого мира. Она вновь возвращалась к тому облику, который после себя оставил Тёмный бог.
А разве может Проклятый бог противостоять целой армии? У него попусту нет выбора, если он хочет сохранить хоть что-то.
А я хотел не только сохранить, но и остановить эту армию. Одного мира ей будет мало… Иначе бы я попусту эвакуировал всех. Но нет… Тогда бы я обрёл и лицевой мир на нечто подобное.
Да, магов там в сотню раз больше. Но есть и простолюдины без магического таланта. Сейчас идя по выжженной земле навстречу новому богу, я понимал, что империя бы не выдержала такого.
— Они вообще когда-нибудь закончатся? — спросила уставшим голосом оболочка Николая.
За время битвы каждая из них не раз развоплощалась, так что временами парень шёл рядом абсолютно голый. В эти моменты тело просто развеивалось, а на его месте осталась кучка одежды.
На голове у Николая сидел недовольный Майский Жук. Крайне ленивый питомец. Но вот выбрался посмотреть на схватку.
— Не знаю, — ответил я Николаю. — Должен быть конец. На всей изнанке не так много тварей, что смогли достичь уровня богов.
— Не так много богов. М-да. Звучит так себе, — прокомментировал Николай.
Я не стал отвечать. Потому что прямо передо мной, придавленное деревом, лежало тело Нурлана. А на груди его горевал тот самый тарантул. Проведя зрительный анализ, я понял, что юный некромант напрочь опустошил себя во время схватки. Ему тупо не хватило сил…
— Покойся с миром, — сказал я и наклонился, чтобы прикрыть его глаза.
— Мне жаль, — произнёс Николай.