Из-под плинтуса одной из стен поползла вода. Тонкими ручейками она проползла по ковру прямиком ко мне. А дальше включился полёт фантазии.
Вода приняла форму кресла, и как только внешний вид меня устроил, я заморозил его. Остатки воды устремились обратно, чтобы замёрзнуть и не дать потопу распространяться дальше. Я же сюда не за порчей имущества пришёл, но и эта мелочь была приятной.
Но особенно мне понравился взгляд императора, когда я уселся на своё ледяное кресло.
— Не замёрзнете? — спросил он, не скрывая осуждения в голосе.
Я уже нарушил все нормы приличия, так что чего останавливаться? Поэтому я закинул ногу на ногу и непринуждённо ответил:
— Нет. Я хорошо освоил способность организма к терморегуляции с помощью магии.
Теперь в моём списке достижений будет красной ручкой отмечен пунктик: смог вывести из себя даже императора.
— Пётр Алексеевич, давайте перейдём к сути дела, — продолжил я, чтобы дальше не накалять обстановку.
— Сергей Александрович, вы обвиняетесь в сговоре с целью предательства родины.
— У вас имеются доказательства?
— Вы уже признали вину.
— Нет, я сказал, что знаком с Морфом. И более того, я вытащил его душу из книги и поместил в тело антимага. Теперь Морф служит мне. И предвидя ваши слова, сразу хочу обозначить, что не собираюсь отдавать его ради расправы. Тысяча лет прошла, уже можно и отпустить обиды.
— Он погубил десятки тысяч, а вы называете это обидой, — император ударил кулаком по столу.
— Да. Те времена забыты. Тем более, я планирую переселение Морфа на изнанку, и больше он никогда не ступит на земли империи.
Я специально отметил про бессмертие. Ведь император не мог знать наверняка, что после переселения в другое тело, Морф стал смертным, как и прошлый его обладатель.
— Нет.
Такого ответа и следовало ожидать. Император не мог себе позволить показать слабость и просто согласиться. Поэтому пришлось действовать тоньше.
— Нам с вами придётся найти компромисс, который устроит обоих.
Император подождал пару секунд и ответил:
— У меня складывается впечатление, что вы собрались повторить его путь.
— О, нет, — я улыбнулся. — И более того, я даже Морфа смог огородить от повторения собственных ошибок. А то мало ли какие изменения происходят в голове за тысячу лет заточения. Но не стану скрывать, что он помог мне развиться. Пользы от Морфа было гораздо больше, чем вреда.