Будь сейчас другая обстановка, то я бы пошутил, что он у нас подрабатывает ключником.
— Спи не проснись, — сказал я кодовую фразу, активирующую сонные артефакты."
"— Надолго их хватит? — поинтересовался отец.
— Обычный человек спал бы месяц, а тут — не знаю, — ответил я, смотря на мирно спящую Юлю.
Сейчас она была похожа на себя настоящую.
Клановые собирались уходить, а я остался заменить на посту Алексея. Но отец обещал прислать смену мне через два часа. Так, все клановые смогут подежурить возле камеры без ущерба основной деятельности клана.
Внезапно в темницу спустился Игорь Николаевич — отец Юли. Вид у него был крайне мрачный.
— Я пропустил похороны своей жены, — первое, что сказал он. — Почему не вызвали с дежурства?
Вопрос был обращён моему отцу.
Глава клана не стал увиливать ответа и даже не отвёл взгляда. Он подошёл к Игорю и прямо ответил:
— Боялся твоей реакции. Хотел найти Артура и избавить Юлю от паразита до твоего возвращения.
— Что с моим сыном? — спросил граф Белладоннов дрожащим голосом.
Но самое удивительное, что у него в руках лежал Морф.
— Мы не смогли найти его, — ответил мой отец.
А я не мог молчать. Ведь хуже всего быть в неведении.
— Игорь Николаевич, — начал я, — Артур мёртв. Я нашёл его в мире Тёмного бога в таком же одержимом состоянии.
У графа ноги подкосились. Все слышали, что эта сущность делает со своими жертвами.
— Я не позволил ему страдать, — честно закончил я.
— Но он смог вытащить Юлю, — дополнил отец и кивнул на клетку.
Граф подошёл ко мне. Я ожидал чего угодно: от криков до попытки убить меня в отместку за своего сына. Но Игорь Николаевич положил руку мне на плечо и произнёс одно-единственное слово:
— Спасибо.
Я кивнул, сохраняя серьёзное выражение лица. А граф протянул мне трактат.
Взял Морфа в руки.
Мне хотелось пообещать графу, что я смогу спасти хотя бы его дочь.
Игорь Николаевич подошёл к клетке и посмотрел на спящую дочь. Потом снова обратился к моему отцу:
— Я покараулю её после Сергея?
— Конечно.
Отец Юли кивнул и ушёл. Было заметно, что мужчине больно наблюдать за спящей девушкой и осознавать, что там отнюдь не его дочь. Но кроме неё, у него никого не осталось.