А за три месяца вполне реально разрулить ситуацию в свою пользу, если не получится сделать это прямо сейчас.
Ведь новое тело в новом мире будет вести себя непредсказуемо, здесь работают совершенно иные законы.
— Ну ладно, — я развёл руками, так просто, словно соглашался с ценой на рынке.
Ещё где-то час Бернар и Томас объясняли как должен выглядеть артефакт и через кого из рода Акулиных я смогу его найти. И этого времени мне хватило, чтобы подготовить магические каналы к инициации.
— А можно мне поближе этот кристалл посмотреть? Интересно же, — спросил я у мужчин, делая максимально глупое выражение лица.
Они переглянулись. И Бернар достал из кармана кристалл с проклятьями. Вложил его в мою руку.
— Ток не разбей, а то сразу сдохнешь.
— Ага, — со злобной ухмылкой ответил я и швырнул кристалл о стену.
— Ты что творишь?!
Двое с выпученными глазами стояли и смотрели на меня, а я запустил инициацию.
Из кристалла вырвалась голубая, серая и фиолетовая дымка. Сплеталась в три потока, и точно змея поползла ко мне по полу.
Всё тело начало жечь, будто я падал в жерло вулкана. Лицо искривилось от боли. Но всего за пару мгновений она сменилась эйфорией. И я начал улыбаться, словно в самом деле был душевнобольным.
— Что он делает? — озадаченно спросил Томас у своего подельника.
— А какая разница? Всё равно сдохнет за пару минут. Только время потеряли.
Бернар презрительно сплюнул на пол. И плевок прошёл сквозь дымку, не задев её.
Проклятый туман обволакивал мои ноги. А мужчины с интересом наблюдали, ничего не предпринимая.
Я нашёл в этом теле частичку своего дара из прошлой жизни, которая перенеслась вместе с душой. Направил жизненную энергию, чтобы расширить этот одинокий канал. Этим я убавил себе лет десять жизни, но это легко решить потом.
Используя частицу особого дара своей души, я направил дымные потоки, которые заключали в себе смертоносные проклятья в этот самый канал. И стал преобразовывать их, используя для расширения.
Так проклятье и испарилось. Только раньше я загонял проклятья в магический источник в форме кристалла возле сердца. А сейчас в каналы. Суть осталась та же, изменилась лишь форма.
— Как ты это сделал? — опешил Томас, и у него чуть не отвалилась челюсть от удивления.
Ведь от проклятого дыма и следа не осталось, а я — жив. И самое приятное, после инициации во мне пульсировала манна, которую я мог использовать.
— Да он нас дурил! — сообразил Бернар.