Кто-то открыл дверь, я выбрался из машины и пошел к старику. Его волосы и борода были совершенно белыми и слишком длинными. По мере приближения я мог видеть, что глаза его необыкновенно сверкают, как голубые молнии. Я остановился в небольшом отдалении от старика.
— Генри, — проговорил дедушка, — мы хорошо знаем друг друга. Заходи в дом.
Он протянул мне руку. Когда я подошел ближе, мое обоняние уловило крепкий дух его дыхания. Запах действительно был дурным, но он исходил от самого хорошего человека, которого я знал, и поэтому не пугал меня.
Я проследовал за ним в дом. Дедушка подвел меня к стулу.
— Садись. Я очень рад видеть тебя, — сказал он и ушел в другую комнату.
Когда дедушка возвратился, в руках у него была маленькая жестяная коробочка.
— Это тебе. Открой.
Я никак не мог справиться с крышкой, коробочка не открывалась.
— Подожди, — вмешался дедушка, — дай-ка я помогу тебе. Он ослабил крышку и протянул коробочку мне обратно. Я откинул крышку и заглянул внутрь: там лежал крест — Германский крест на ленточке.
— Ой, нет, — сказал я, — ты же хранишь его.
— Бери, это всего лишь окислившийся значок.
— Спасибо.
— Теперь тебе лучше идти. Иначе они будут волноваться.
— Ладно. До свидания.
— До свидания. Генри. Нет, подожди-ка…
Я остановился. Он запустил пальцы в маленький кармашек своих широких брюк, вытянул за длинную золотую цепочку золотые карманные часы и протянул их мне.
— Спасибо, дедушка…
Все ждали меня, не покидая машины. Я вышел из дома, занял свое место в «форде», и мы тронулись в обратный путь.
2
Помню наш «форд» — модель Т. Высокие подножки казались приветливыми и в холодные дни, и ранним утром, и в любое время. Чтобы завести автомобиль, отец должен был вставлять спереди в двигатель рукоять и довольно долго крутить ее:
— Человек может так сломать себе руку. Отдача такая, будто лошадь лягается.
По воскресеньям, когда бабушка не приезжала к нам, мы совершали на модели Т прогулки. Мои родители любили апельсиновые рощи. Мили за милями тянулись деревья, покрытые цветами либо усеянные плодами. Родители заготавливали для пикника корзинку и металлический ящик. В ящик, среди кусков сухого льда, помещали банки с разными фруктами, в корзинку упаковывали сэндвичи со шницелем, ливерной колбасой и салями, а еще картофельные чипсы, бананы и содовую.