– Что-то конкретное? Розы? Орхидеи? Пионы? Гиацинты?
– Блядь, я не все на вид различу… – признаюсь пораженно. – Чтобы красиво было… Чтобы вот как «эта» сказала… – небрежно указываю рукой на пустующую стойку флориста. – Чтобы Любомирова поняла все это сразу… Все. В общем, блядь… Сделай, пожалуйста, как для себя. Только, момент, без вот этой всей шелухи. Побольше и покрупнее цветы.
– Будет сделано, – ухмыляется Чара.
Сорок минут спустя я вваливаюсь в общагу с огромным букетом роз и с не прекращающей пылать рожей.
– Привет, – говорит Карина.
– Привет, – спокойно отвечаю я.
Глянув вскользь, обнаруживаю не те эмоции, что мне бы хотелось. В первую секунду малодушно отвожу взгляд.
– По какому поводу цветы? Какой-то праздник? – спрашивает, как обычно, вежливо.
Любезничать не обязан, но вести себя более-менее адекватно – а значит, поддерживать с человеком разговор – неплохо бы.
– Нет. Без повода.
– Цветы без повода? – выдохнув это, поджимает губы. Быстро закусывает нижнюю и кивает. – Молодец, – улыбается. Я все это оцениваю отстраненно. – А я в Израиль летала! Только вернулась.
– Отдохнула?
Пытаюсь вести диалог. Получается хреново, признаю.
Карина то ли кивает, то ли, наоборот, мотает головой – черт поймешь. Смеется тихо и как-то сдавленно. Я напряжено сглатываю. Стойко принимаю результат своего косяка.
И именно в этот момент со стороны душевых появляется Варя. Дальше все происходит в считанные секунды. Увидев нас, Любомирова выкатывает в удивлении глаза. Я морщусь. Она в каком-то сердитом жесте дергает головой. А потом, высокомерно задрав нос, пилит аккурат в свою комнату и сдержанно закрывает дверь.