– Эй, предатель, выкладывай, сколько народу твоя жена пригласила на «маленькую» вечеринку?
– Не очень много. – Чрезвычайно довольный собой хозяи дома расплылся в улыбке. – Совсем немного. – Выполнив возложенную на него миссию, Фрэнк испытывал облегчение, его нервозность как рукой сняло. – Входите и увидите сами.
Когда Фрэнк распахнул перед Дэном и Коринн дверь, раздались звуки свадебного марша Мендельсона, которые вскоре потонули в бурных аплодисментах и нестройном хоре приветственных возгласов служащих «Дэнстед», собравшихся поздравить сердечный союз владельцев компании.
В глазах Дэна застыло смущение, и Коринн не удержалась от смеха.
– Прости, – пробормотал он. – Я, кажется, весь день повторяю эти слова.
– Тебе не о чем волноваться, – ответила она.
Ее растрогало такое внимание со стороны коллег, радующихся их свадьбе и искренне желающих им счастья. Если бы все было действительно так, как они себе представляли!
Два официанта внесли в холл огромный торт-мороженое.
– Разрезайте торт, – распорядилась хозяйка.
Элли протянула Коринн серебряный нож, предварительно смоченный в горячей воде.
– А ты, Дэн, помогай невесте. Привыкайте все делать сообща.
Коринн неохотно взяла в руки нож, а Дэн встал сзади. От близости его сильного горячего тела мурашки пробежали по коже у Коринн. Дэн был без пиджака, а рубашку расстегнул почти до пояса, и сквозь тонкую ткань блузки она чувствовала жар его тела, пропитывавший ее, как вода губку. Дэна же, похоже, ничуть не волновала их близость.
– Ты готова?
Коринн кивнула.
– Боюсь, нам не удастся избежать этого, Коринн, – прошептал Дэн ей на ухо.
Не понимая, о чем он говорит, Коринн положила нож, послушно позволяя Дэну поворачивать ее к себе. И только оказавшись с ним лицом к лицу, она поняла, что он сейчас ее поцелует.
«Не велика важность, – резко сказала она себе. – При таком стечении народу он не посмеет позволить себе нечто большее, чем формальное прикосновение губ. Через несколько секунд все будет кончено», – убеждала она себя.
Жестом собственника Дэн привлек ее к себе одной рукой, запустив другую в ее роскошные волосы. Он накрыл ее губы своими, и его язык властно проник внутрь. Коринн вдруг почувствовала, как ее охватила невероятная слабость.