– За поворотом будет хозяйственный магазинчик, я куплю там кусачки. Я слишком хорошо знаю своих свояков – они прикрепили эти чертовы бидоны намертво.
– Хорошо. – Коринн взглянула куда-то мимо Дэна. – Мы едем к тебе? – безучастно поинтересовалась она.
– Только чтобы упаковать вещи. Я подумал, что нам не дадут покоя, останься мы на медовый месяц в городе. Поэтому я на неделю снял у одного знакомого дом на мысе Код.
– Ты все предусмотрел, – эхом откликнулась она.
До магазина хозяйственных товаров они ехали в полном молчании.
– Может быть, посидишь пока в машине? – припарковавшись, спросил Дэн. – Я вернусь через пару минут.
Коринн кивнула в знак согласия. Из машины она наблюдала, как широкая спина ее мужа скрылась за дверью магазина. Вскоре оттуда вышла женщина с веником в руках, сопровождаемая мужчиной средних лет в мешковатых шортах и замызганной тенниске. Коринн в задумчивости поправила вырез бирюзового шелкового платья. «Как странно, – подумала она, – когда мы с Дэном стояли перед алтарем и обменивались клятвами в любви и верности, у других людей жизнь шла своим чередом».
Дэн вернулся с кусачками. Немного повозившись, он отцепил бидоны и с торжествующим видом выбросил их в мусорный бак поблизости.
– Хорошо бы нам еще помыть машину, – сказал он, усаживаясь на водительское сиденье.
Коринн посмотрела на пожелания счастья, написанные губной помадой на стеклах, капоте и багажнике.
– Да, мойка была бы кстати.
Она чувствовала странную опустошенность. Повертев золотое обручальное кольцо, которое Дэн надел ей на палец сегодня утром, Коринн грустно подумала, что за весь день не сказала ни одной осмысленной фразы, как робот повторяя слова других и односложно отвечая на вопросы.
Весь остаток пути разговор не клеился. После каждой произнесенной фразы они неловко замолкали, не зная, что сказать дальше. Невидящим взглядом уставившись на мелькающий за окном пейзаж, Коринн решила, что Дэн был прав, называя ее сумасшедшей. Ее сознание, без сомнения, помутилось в тот день, когда ей впервые пришла в голову мысль заставить Дэна жениться на ней.
Больше всего Коринн боялась предстоящей первой брачной ночи. Невероятно, но, будучи двадцатишестилетней вдовой, она оставалась девственницей. Несмотря на зрелый возраст, у нее был сексуальный опыт девочки-подростка, причем довольно наивного подростка. После проведенных в родительском доме лет секс у нее ассоциировался с жестокостью и насилием, и это первоначальное впечатление усугубилось работой в баре.