От этого в горле все болит.
Кирилл подает Маше руку и уводит с палубы.
- Машка, я дурак, прости меня.
- Не там ты, Кирюш, прощение просишь. Она любит тебя.
Кир гневно замотал головой, давая ей знак замолчать. Нет. Хватит.
И снова запой. Почти неделю, пока Фил не заявился к нему злой, как черт.
- Слушай. Одинцов, ты ничего не попутал? Мы вообще-то делом приехали заниматься! Уже больше месяца маемся с твоими невестами. Зрители ждут продолжение. Ты определись, помогаешь мне дальше или сливаешься!
Филип находился на грани.
Кирилл стоит перед ним, еще относительно трезвый, виновато опустил голову.
- Фил, не злись, все под контролем.
- Издеваешься? Две недели почти не снимаем, ждем, когда ты пропьешься и возьмешь себя в руки. Две недели целая толпа профессионалов сидит и ждет тебя одного! Это, по-твоему, нормально? Две недели зрителям сливаем всякую чушь, отснятую ранее. Кир, решай: или ты заканчиваешь дурью маяться, или подставляешь меня по полной, и мы закрываем проект. Потому что показывать твою пьяную физиономию на весь мир, я не собираюсь.
Кирилл молчал. Задумался. Сжал кулаки. Внимательно посмотрел на друга, оценивая его серьезность. Плохо, он предельно серьезен.
- Три дня. Через три дня я буду весь в твоем распоряжении. Тебя устраивает?
Фил неуверенно кивнул.
- Ты уверен?
- Да, Фил, железно.
- Кир, не подводи меня. – Харпер кивнул и отправился давать распоряжения. Яхта взяла курс на Майорку.
***
Эта неделя для Оксаны Сергеевны стала одной из самых тяжелых за последнее время. Яхта стояла на якоре, и если оставшиеся девушки развлекались с Одинцовым с обеда до поздней ночи, то она сходила с ума от безделья.
Хорошо Маша не уехала, а жила в каюте Фила. Никому ничего не объясняла. Курятник ее ненавидел. Мишель и Катя тусовались с остальными, правда в меру. У них во всю развивались отношения с парнями.
До обеда было ее время. Пока все отсыпались от ночных гуляний, они с Машей успевали позагорать, позаниматься в тренажерном зале, поплавать.