– А почему ты…
– В ту ночь Сэл ушел из дома Макса в половине одиннадцатого и убил Энди?
– Все правильно, – процедил Макс. – Что ты пытаешься доказать?
– Если ты хоть на секунду прекратишь ерничать и посмотришь на фото, сам догадаешься. Очевидно, ты не приверженец деталей, иначе не выложил бы фото в сеть. Что ж, объясню сама. На снимке присутствуют, кроме тебя, Наоми, Милли и Джейк.
– Да, и что?
– Нэнси, и кто же тогда сфоткал вас четверых?
Наоми выпучила глаза и слегка приоткрыла рот.
– О’кей, – сдался Макс, – может, это и Сэл.
– Чудесная отмазка, – сказала Пиппа, – но…
– Мой телефон. – Наоми изменилась в лице и взяла снимок в руки. – Время на моем телефоне!
Макс притих и опустил голову. Его челюсть напряглась.
– Да тут цифры еле видны. Может, ты сама подделала!
– Нет, Макс. Я вытащила фото из твоего Фейсбука как есть. Не беспокойся, я изучила вопрос: полиция получит доступ, даже если ты сейчас удалишь снимок.
Наоми повернулась к Максу, ее щеки пылали.
– Почему ты как следует не проверил?
– Заткнись! – тихо, но решительно приложил ее он.
– Нам придется ей все рассказать. – Наоми откатила кресло назад. Скрип резанул прямо по сердцу Пиппы.
– Заткнись, Наоми, – повторил Макс."
"– Боже. – Наоми встала и начала ходить вдоль стола. – Мы должны рассказать ей…
– Замолчи! – Макс тоже вскочил и схватил ее за плечи. – Ни слова больше!
– Макс, она пойдет в полицию. Тебе это надо? – По щекам Наоми текли слезы.
Макс глубоко и судорожно дышал, его взгляд метался между Наоми и Пиппой.
– Твою же мать! – прохрипел он, отпустил Наоми и пнул ножку стола.
– Черт, да что происходит? – Кара потянула Пиппу за рукав.
– Наоми, выкладывай! – потребовала Пиппа.
Макс снова опустился в кресло; волосы упали ему на лицо.
– Зачем тебе это? Почему не оставишь все как есть?
Пиппа проигнорировала его вопрос.
– Наоми, выкладывай! Сэл ушел от Макса не в половине одиннадцатого, верно? Он ушел в четверть первого, как и сказал полиции.
Наоми зажмурилась. Слезы застилали ей глаза. Потом посмотрела на Кару, медленно перевела взгляд на Пиппу и кивнула.
– Говори же!
Глава двадцать восьмая
Наоми продолжала молча смотреть на свои ноги.