Целый день она разрывалась между подготовкой к экзамену и изучением списка подозреваемых. Она так долго всматривалась в текст, что глаза буквально окосели. Зрение рисовало воображаемые кривые, которые брали начало от кончиков букв одного имени и обвивались вокруг других, пока весь список не превратился в хаотичное нагромождение линий и закорючек.
Она не знала, что делать. Может, попытаться поговорить с женой Дэниела да Сильвы? Между супругами определенно имеются трения. Почему? Есть ли на это тайная причина? Или лучше сосредоточиться на одноразовом телефоне? Рассмотреть возможность проникновения домой к подозреваемым и попробовать найти его?
Хватит!
Пиппа отправилась на прогулку, чтобы проветриться и выбросить из головы Энди Белл.
Слушая историю о другой убитой девушке, Пиппа пыталась забыть об Энди.
"Она сделала небольшой круг по лесу. Тени становились все бледнее, по мере того как мир погружался во тьму. Когда сумерки окончательно сгустились, Пиппа свернула с тропинки, чтобы выйти к дороге напрямик и сократить путь. Скоро в просвете между стволами, футах в тридцати, показался асфальт. Пора звать Барни.
Выйдя на дорогу, она поставила подкаст на паузу и смотала наушники.
– Барни, ко мне!
По дороге пронесся автомобиль, ослепив ее фарами.
– Песик! – снова позвала Пиппа, на этот раз громче. – Ко мне!
Однако вокруг стояли только темные молчаливые деревья.
Пиппа облизала губы и свистнула.
– Барни! Барни, сюда!
Ни шороха листвы под лапами, ни золотистого пятна среди деревьев. Ничего.
Липкий страх начал подниматься вверх от кончиков пальцев ног.
– Барни! – прохрипела она и бросилась обратно в лес, в гущу черных деревьев. – Барни!
Под ногами трещали сучья, пустой поводок качался, описывая в воздухе широкую дугу.
Глава тридцать четвертая
– Мама, папа! – Пиппа толкнула дверь, споткнулась о коврик и упала на колени. Ее глаза щипало от слез. – Папа!
Из кухни появился Виктор.
– Пип? Солнышко, что случилось?
Увидев, как Пиппа старается подняться с пола, он заторопился к ней.
– Барни сбежал. Я звала, а он не вернулся! Весь лес обегала. Он пропал! Что делать, папа? Я его потеряла!
Мама и Джош тоже вышли в холл.
Виктор сжал ее руку.
– Все хорошо, солнышко.