В любом случае, оговорка про “Пути Слов” намекала на наличие здесь магов.
А значит не все потеряно.
— Спасибо, — с искренний благодарностью слегка склонил голову Хаджар.
— Нет нужды благодарить за, что должно быть сделано, — Павур сделал странный взмах рукой. Видимо какой-то местный жест.
— И почему я не удивлен, что ты его понимаешь, варвар, — вздохну Шакх, после чего покачал головой и отошел ближе к Албадурту.
Павур еще какое-то время внимательно осматривал камеру, после чего достал из-за пазухи связку ключей и отварил тяжелый замок.
— Пойдем, незнакомец, — он отошел в сторону, давая возможность Хаджару пройти. — Старейшины будут держать с тобой слово.
Генерал кивнул и, бросив быстрый взгляд в сторону Шакха, сделал несколько знаков пальцами. Он обучал Пустынного Волка языку охотников еще в Море Песка и надеялся, что уроки не были забыты. И, учитывая сдержаный кивок Шакха — надежды не были напрасны.
Выходя из клетки на свет факелов, Хаджар задержался ненадолго рядом с Павуром, после чего коротко сказал:
— Хаджар Дархан, сын Хавера, так меня зовут.
Павур посмотрел ему в глаза и склонил голову.
— Павур Огар, сын Арада.
На этом их короткий разговор был окончен и они направились в сторону лестницы. Около самого выхода он приметил небольшой стол с сидящим там мужчиной средних лет, увлеченно катающим игральные кости. Либо то, что было на них изрядно похоже.
Поднявшись по каменным ступеням, они оказались на улице.
Павур взял шубу с рук стоявших около входа в подземные казематы бравых воинов. Их невозможно было перепутать с охотниками. Не из-за разницы в комплекции, а, скорее, из-за взглядов, амуниции, вкупе с весьма внушительных размеров топорами и щитами.
Мечей ни у кого не было.
Что и понятно.
Слишком дорогое, требующее длительных тренировок, оружие.
Под конвоем из десяти воинов, во главе с Павуром, они прошли через небольшую улицу к массивному зданию, чем-то напоминающему родные постройки Лидуса.
Павур провел Хаджара через тяжелые деревянные двери и ввел в просторный деревянный зал. Достаточно большим чтобы явно служить главным местом сбора деревни.