— Я поговорю сейчас с вашим старостой, мы решим с ним, чего и сколько вам надо. После он раздаст продукты.
Народ молча стал расходиться.
— Если не побрезгуете, прошу в дом, — усмехнулся дед Василий.
«А он не так прост», — подумала Катя, входя следом за Захаром.
В избе, на вид около тридцати квадратных метров, вместо дверей висели тканевые занавески, отделяя кухню от спальной части, а пол был земляной, поэтому обувь здесь не снимали. Посередине комнаты находился очаг, обложенный камнем. По случаю теплой погоды угли в нем лишь тлели.
— Располагайтесь, барышня, — пригласил Захар, а сам завел разговор со старостой. Катерина молчала и внимательно слушала.
Договорились, что оставшиеся в деревне Озерное люди переедут в Подлесье, где проживал дед Василий. Вместе легче переносить невзгоды.
На следующий день планировалось ехать за овцами.
Когда Катя с Захаром вышли из дома старосты, солнце уже клонилось к закату. Девушка отметила недалеко стоящий большой стол, где шла раздача продуктов жителям деревни.
Рассевшись по повозкам, они пустились в обратный путь. Когда выехали из лесочка, перед их глазами во всей красе, сверкая большими окнами в лучах заходящего солнца, появилась усадьба.
Господский дом представлял собой двухэтажное строение. Вход отмечался портиком — крытой передней частью здания — и колоннадой. По бокам располагались флигели — для гостей с одной стороны и для слуг с другой. На фронтоне* помещался замысловатый вензель «Щ», первая буква фамилии баронов Щербиных.
При виде этой красоты сердце Катерины Львовны защемило. И она безоговорочно приняла усадьбу как родной дом.
*фронтон — так называют часть фасада здания, портика или колоннады, которая находится между карнизом и чердаком.
Глава 6
Через щелочку задернутых штор проникли лучи весеннего солнца и играючи пробежались по лицу девушки. Весело щебетали птицы — самые приятные для сердца звуки, приносящие покой и негу.
Катя с удовольствием потянулась. Она услышала возню во дворе, потому поторопилась соскочить с постели.