-- Знаешь, малышка, – сказал он, отдышавшись, – я думаю, нам следует съездить на городской рынок и присмотреть тебе помощницу. Пусть на первое время хотя бы одну.
***
На рынок мы отправились на телеге. Рольф сперва возражал и пытался уговорить меня поехать в домике, но у я уперлась:
-- Какой смысл сидеть в студеной коробке? Даже если мы сейчас растопим печурку, прогреться до рынка домик не успеет. Тут ехать-то всего ничего.
-- Ты хозяйка этих земель!
-- Рольф, домик все равно придется вскоре отдать, и другого не будет.
Муж еще поспорил некоторое время, но без особого энтузиазма. Потом они вдвоем с Густавом выкатили одну из телег и принялись запрягать коней. Я же тем временем вернулась в дом и торопливо утеплялась всем, что попадалось под руку. Даже не побрезговала взять огромный овчинный тулуп, который еле дотащила до телеги, такой уж он был неподъемный.
Этот рынок разительно отличался от того, что мы видели в графском городе. Даже сейчас, спустя год после пожара, в воздухе стоял легкий запах гари. Торговых рядов как таковых не существовало. От них осталась только пустая площадка и заметенные снегом обгорелые столбики. Все продажи велись прямо с выстроенных в кривую линию телег. И покупателей, да и продавцов было совсем не много.
Первое, на что я нацелилась — жестяные ведра.
"Некоторые жители узнавали своего барона и кланялись. И уже после первой покупки на нас аккуратно, стараясь не показывать любопытства, глазели и покупатели, и торговцы.
-- Рольф, а посуду вообще здесь не делают?
Он чуть растерянно пожал плечами и ответил:
-- Раньше вроде торговали. Я помню, как в детстве свистульки покупал.
Свистульки – это не совсем то, что я хотела бы купить.