— То есть ты даже проблемы не видишь?
— А она есть? — вопросом на вопрос, ответил мне Кирилл, впрочем, всё же немного поморщившись. — Плохо, конечно, что ты всё узнала, но …
— Я не просто узнала — я наблюдала за этим!
Баев выкинув руку вперед, больно схватил меня за волосы, застав вплотную приблизить своё лицо к его.
— Теперь ты знаешь мои предпочтения, — тихо, мне на ухо, прошептал Кирилл. — Теперь, когда связь завершена, ебать левую девку я не смогу. Придется отдуваться самой.
— Луна знает, что зарвавшаяся самка уже наказана? — спросил из темноты голос Гильермо.
— Что, всё таки не пожалел свою способную, — не поверила я. — Отдал ребяткам из армии?
Кирилл довольно усмехнулся.
— А ты, дорогая, полна сюрпризов. Мне нравится.
— А мне — нет, — отрезала я.
Баев пожал плечами.
— Привыкнешь. Мы уже связаны, так что никуда ты не денешься.
— Какой быссстррый…. — снова подала голос моя волчица. — Я помогу… бутттть сссмелой…
— Настя? — обеспокоенно позвал Андрей, который вместе с Сергеем Леонидовичем, доктором из районной больницы, пробирался к нам через первые ряды.
Я усмехнулась, обнажая волчьи клыки.
— Вот видите, док, — довольно заурчал волк Баева. — А вы боялись. Наказания, казнь и кровь сделали своё дело… Волчица всё — таки проснулась.
— Сссам себя перрехитрил, — хохотнул кто — то моим голосом, и я почувствовала, как моя рука тянется к пульсирующей метке.
— Настя! — крикнул Кирилл, но было уже поздно….
— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно поинтересовался Андрей. Прислушиваясь к себе, я пожала плечами.
— Нормально вроде… не знаю… А что случилось?
Брат покачал головой.
— Ты сильно рисковала. Такие вещи нельзя делать, даже если ты способна…
Рядом, в темноте, послышался дикий истошный вой.
Мы с братом одновременно вздрогнули.
— Альфа, нет! — прерывая вой и тихое изумление клана, закричал Сергей Леонидович.
Минута — и вот уже Баев кидается на меня, пытаясь снова укусить в шею. Слишком сильный … невозможно бороться.
— Сирильо, — крикнул Гильермо. — Сейчас нельзя. Она не выживет."
"И Баев словно застыл. Дикие желтые глаза, чуть подрагивающие клыки из частично трансформировавшегося лица.
— Вон! Крикнул он, едва удерживаясь, чтобы не сорваться снова. — Вон пошла.
Даже спустя год я всё ещё стараюсь не вспоминать ту ночь. Слишком больно.