А ещё Галина Петровна очень гордилась тем, что её постоялица работает в аптеке. Теперь все её подружки чуть ли не ежедневно собирались у моей хозяйки, выспрашивая меня про те или иные болячки и лекарства от них. Хуже, чем наши профессора в институте.
Глава 29. Лесное
Я потихоньку обживалась на новом месте. Экономила, как могла — питалась пшёнкой и геркулесом, сдабривая каши постным маслом и зеленью с огорода (зелени у Галины Петровны было так много, что она разрешила мне рвать её, не спрашивая), по выходным ходила за грибами и за ягодами.
А вот радио я теперь слушала постоянно — спасибо мобильному телефону и гарнитуре, которая выполняла роль антенны…Всё лучше, чем ничего.
Где — то через неделю после приезда, когда я уже немного обустроилась и пришла в себя, я, наконец — то, отважилась позвонить брату.
— Настя! — воскликнул Андрей вместо приветствия …кажется, с радостью в голосе. — Как ты, сестренка?
— Хорошо, — его приподнятое настроение передалось мне. Облегченно выдохнув, я призналась брату. — Я уехала из Москвы, Андрюш.
— Ты уверена, что поступила правильно? — спросил брат сразу же, без запинок и пауз.
Знает, поняла я. И тут следующая мысль больно обожгла: интересно, кто ещё в курсе моих последних событий?
Обида ядом приникла в мою душу. Вместе со стыдом. Стыдно было так, что щёки сразу начали гореть — и наверняка всё лицо уже было красное."
"Они ведь не наблюдали за мной, нет? Как я последние рубли пересчитывала, чтобы булку подешевле купить…Как на вокзалах от полицейских пряталась… Вроде и регистрация московская была — но всё равно пряталась… На всякий случай — вдруг решат позвонить в вуз, чтобы подтвердить документы… Лишние неприятности никому не нужны.
— Кто ещё знает? — спросила я изменившимся тоном.
— Насть… — протянул Андрей. — Но ты же не маленькая… сама понимаешь…
— Ну да, конечно же понимаю. Я же «уникальная зверушка», не так ли?
— Дело не в этом. Не только в этом, — поправил сам себя брат, и тут же с укоризной заметил. — Я, между прочим, тебя предупреждал: Кирилл играется.