Вы поглядите, какая девочка слабая, она же еле на ногах держится. Хотите остаться без глав врача? Альфа же прибьёт меня, если узнает.
Медсестра послушно кивнула.
— Простите, Настя. Давайте вернёмся в палату.
— Идите, — кивнул седоволосый врач. — Отдыхайте, набирайтесь сил.
Я же не отрываясь смотрела на тело девушки и представляла: неужели я могу каким — то образом ей помочь? Но как?
Неосознанно, я умудрилась подойти практически вплотную к операционному столу. В этот момент чернобородый, пробурчав что — то неразборчивое (неразборчивое даже для моего теперешнего чуткого слуха), вставил кислородную трубку в горло пациентке.
Писк аппаратов внезапно изменился — стал быстрее и тревожнее, оба доктора синхронно нахмурились, концентрируясь каждый на своём участке работы.
— Что мне надо делать? — спросила я с сомнением в голосе. Смогу ли я? Получится ли? Может, они все ошибаются, и я вовсе не Альфа — самка, или какая-нибудь редкая Альфа — полукровка, которая может лечить разве что себя, но никак не других оборотней.
Удивительно, но даже в такую напряжённую минуту врачи меня услышали.
— Положите руки ей на грудь, — велел старший, Сергей Леонидович. Он груди девушки осталось одно сплошное кровавое месиво. Впрочем, такая же «картина» наблюдалась повсюду: многочисленные рваные раны, несмотря на старания докторов, по — прежнему выглядели жутко.
А ты что хотела, мысленно спросила я у самой себя, с волками жить… Я во время поединка хотя бы руками тело прикрывала, а тут девочка «получила» от самого близкого, от своей пары.
И опять какое — то незнакомое, но приятное чувство, затопило мою волю.
Очнулась я от чьего — то прикосновения.
— Достаточно, Настя, — Чернобородый, улыбаясь, с осязаемым облегчением на лице, спросил. — Как ты себя чувствуешь?
— Эммм….. — я прислушалась к своему организму. — Лучше… Намного лучше.
Врач с сомнением глядел на меня.
— Слабость, головокружение?
— Гм… нет. Были, когда я выходила из палаты. Но сейчас вроде всё прошло. — Я недоумевающее посмотрела на доктора. — Это странно, да?
Чернобородый (надо бы узнать его имя) пожал плечами.
— Не знаю.