— Я бы вытащил и сам, но не могу прикоснуться к осине: лишает сил, — произнёс он с лёгкой полуулыбкой, словно пояснял пятилетней девочке непреложную жизненную истину.
— Ах, ясно. Как же я сразу не догадалась, — съязвила в ответ и хлопнула себя по бёдрам. И с подозрением в голосе произнесла. — Рагнар, что за чушь вы несёте? Не хотите вытаскивать палку, потому что вам страшно, — это нормально. Я бы тоже не захотела из себя вытаскивать палку… Господи, что я несу?
Сжала двумя пальцами переносицу и произнесла чётко:
— Я хотела сказать, что нет ничего постыдного в том, что вам боязно или неприятно это делать самому.
Мужчина лишь пожал плечами, словно его вообще не заботили мои слова.
Мысленно махнула на него рукой и отправилась в ванную. Набрала таз горячей воды. Закинула на плечо чистые полотенца и, осторожно ступая, чтобы не пролить воду, пошла обратно.
Всё приготовила и обнаружила, что не могу приступать к операции в темноте.
Гром продолжал своё чёрное дело: обрушивал свой гнев на человечество.
Но у меня есть свечи и светодиодные мощные фонари на аккумуляторе!
Мой странный гость вёл себя крайне тихо. Возлежал на диване, и, казалось, замер точно манекен и даже не двигался.
В смысле, обычно человек, когда ему больно и плохо, как-то ёрзает, постанывает, ну или хотя бы мизинчиком пошевелит. Хоть какие-то движения и звуки производит. А тут вообще ноль. Лежит так, будто и правда сбылся мой кошмар, и клиент сдох.
Но, нет, стоит мне на него даже мельком посмотреть, и я вижу, что мужик следит за мной и моими метаниями как затаившийся опасный зверь.
Чёрт. От его прямого сверлящего взгляда мне очень не по себе.
Достала из тумбы огромный поднос, заставленный свечами разных форм, и поставила его на журнальный столик возле дивана.
— Так… Я сейчас найду ещё фонари, спички, и мы приступим… — пробормотала себе под нос.
Фонари «жили» в кладовке.
Нашарила рукой в кромешной темноте и порадовалась, что я такая аккуратистка, и у меня везде и всюду полный порядок.
А вот спички, кажется, обитают где-то на кухне.
Вернулась в гостиную и чуть не запнулась о собственные ноги.
Замерла и раскрыла от удивления рот.
А всё из-за того, что я, мягко говоря, обалдела.
Увиденное потрясло.
Свечи уже были зажжены.