А когда она окрепнет, то они еще и смогут чувствовать друг друга.
Я слушала дракона и понимала, как же многого мы не знаем о них. Но самое интересно, что у нас Алексом тоже установилась такая эмоциональная связь, только без крови, с той лишь разницей, что тяги, основанной на инстинктах, между нами нет. Мы сами тянемся друг другу и весьма осознанно. А вот Ири и Роланду будет тяжело друг с другом.
Тем временем некромантка все же смогла разорвать жадный поцелуй дракона. Мы все увидели укушенную губу девушки и капельку крови, которую она тут же слизала.
— Ты меня что, съесть хотел? Не мог быть аккуратней? — обвинительно проговорила она.
— Прости, не удержался. Ты такая вкусная, — Роланд тоже слизал капельку со своей губы, а потом еще и втянул запах Ири, мечтательно закатив глаза.
Та вся покраснела, а когда повернулась, стала еще более пунцовой, вспомнив, что здесь как бы полно свидетелей их бурного примирения. От злости Ири не осталось и следа. Только растерянность и недоумение.
— Могу я выйти? — прошептала она.
Алекс то сжимал, то разжимал кулаки, но кивнул ей. Ирэна поспешила скрыться из кабинета."
"— С тобой мы еще поговорим, — тихо сказал он Роланду, и тот согласно кивнул.
— Даже не знаю, поздравлять ли? — задумчиво проговорила королева.
Да я и сама прибывала в шоке.
— Я уже говорил, что выдам информацию, касающуюся нападения на вас, только если выполните мое условие, — тер Арнольд не растерялся.
— И что же вы хотите? — королева вскинула тонкую бровь.
— Стать наместником.
— Быстро же вы переобулись, — холодно заметил Алекс, но тот лишь снова недовольно дёрнул щекой.
— Что же заставило вас поменять сторону? — спросила королева.
— Связь моего сына и принцессы другого мира. Пусть я сначала не верил, что это возможно, но факт остается фактом. Может быть, магия другого мира повлияла на то, что дракон смог связаться с человечкой, не знаю. Но это заставило меня пересмотреть планы. Если вас и вашу дочь убьют, то от инормирцев тоже избавятся. Сомневаться в этом не приходится.
Повисла тишина. А я мысленно рассуждала. Странная, конечно, у него любовь, если вспомнить как он ради власти своего наместника решил показательно отравить членов своей семьи.