Сумел поправить дело, но все равно пятно осталось… Для нас это – шанс с большой буквы. Для вас – тем более. В игре задействованы не только сухопутные «большие звезды», но и флотские. Вернетесь героем – героем и будете. Победа все спишет. Попадетесь «соседям» – шлепнут на месте, пожалуй, не доведут до трибунала ни вас, ни всех остальных…
– А там есть кассеты? – тусклым голосом спросил Мазур, глядя в пол.
– Есть. Я не зря отправляю вас в такой спешке. Сегодня утречком мы взяли человека, приехавшего в Шантарск с «Заимки».
И поговорили по душам. Там хранится еще один комплект видеоархива. Они, как вы совершенно справедливо подметили, все еще не допускают мысли, что на них могут напасть, притихли с окончанием охотничьего сезона, сделали генеральную уборочку отпустили по домам часть персонала, всяких там кухонных мужиков и баб, но ликвидировать объект никто не собирается. Так вот, его не будут искать суток двое. Потом, конечно, забеспокоятся, а очень скоро – всполошатся. Меня пока не подозревают, но не стоит благодушествовать… В общем, у вас – двое суток.
Я, пока вы валялись в беспамятстве, имел дипломатичную беседу с Лавриком. Он считает, что ваша столь внезапная смерть от инфаркта на территории базы – не вполне то, что подходит для данной ситуации. И потому я без труда его убедил: гораздо лучше будет, если вы все же выкарабкаетесь трудами реаниматоров, но по дороге на аэродром попадете в аварию. – Он вскользь глянул на часы. – И часика через два вы в нее попадете. Я вам гарантирую красиво пылающую на обочине машину и штучки три обожженных до полной неузнаваемости трупов – в моргах, куда свозят бомжей, этого бесхозного добра… Смею думать, «соседей» это окончательно запутает – то есть они решат, что все концы убраны и дело закончено… Мазур посмотрел ему в глаза:
– А где гарантии, что я все же воскресну?
– Как дите малое, честное слово, – усмехнулся Глаголев.
– Какие, к черту, гарантии? На бумажке, что ли, написать: «Обязуюсь не отрывать каперангу Мазуру умную головушку, в чем и подписуюсь?» Гарантии у вас простые – каста.
Вы морской житель, а я сухопутный, но мы все же оба – армия. Армия, которая играет против своего старого конкурента, отнюдь не впервые в истории, кстати… И верить приходится не мне, многогрешному, а, я бы выразился, типичному представителю вашей же касты… Это уже на подсознательном уровне – собаки всегда объединяются против кошки, не требуя друг у друга гарантий.
– А волки сплошь и рядом рвут друг друга.
