Дальше по открытому месту не пройдешь, болото вплотную подступает к деревьям, придется войти в чащобу, игра затягивается до бесконечности…
Джен выстрелила без команды – и жалобный вой поблизости свидетельствовал, что пуля не пропала даром. Они продвинулись вперед, оказавшись у самых деревьев. Волки следовали по пятам, смыкая кольцо, меж замшелыми стволами мелькали мохнатые морды, хрустел валежник. Один, отчаянный, метнулся вперед. Громкий выстрел. Взвизгнул, покатился – молодец, попала…
– Перезаряди пушку, – сказал Мазур.
Сбросив рюкзак, на ощупь выхватил из него «Зарю». Выпрямился, прикидывая. Кольцо сжималось.
– Значит, так, – сказал он. – Кидаю хлопушку – и быстренько отступаем во-он в том направлении, бок о бок. Пали во все, что движется… И не беги. Внимание!
Чиркнул воспламеняющей теркой о подошву ботинка, размахнулся и кинул через плечо, стараясь угодить подальше. И быстрым шагом двинулся вперед, посылая пулю за пулей в оскаленные морды.
Грохнуло так, словно рядом рушились разбитые молнией деревья. Боковым зрением Мазур увидел ослепительную вспышку позади. Оба кинулись вперед, стреляя по сторонам, оглохнув на несколько секунд – ага, подействовало, шарахнулись, растерялись, только хвосты мелькнули…
Мохнатое тело вытянулось над поваленным деревом в прыжке. В левой руке у Мазура уже был нож, он ударил навстречу по всем правилам, посторонился, отшвырнув плечом обмякшее туловище. Пистолетные выстрелы словно бы долетали издалека, как сквозь вату в ушах.
…Пожалуй, оба они потом ни за что не смогли бы связно и толково рассказать о схватке. В бою такое случается сплошь и рядом. Они прорвались, вот и все. Ошеломленные взрывом звери потеряли несколько минут, и этого хватило.
В один прекрасный миг Мазур обнаружил, что поблизости не видно ничего живого, да и поодаль тоже. И выдохнул:
– Бегом!
Они со всех ног кинулись наискосок по склону сопки. Обогнули яму с темной стоячей водой, перепрыгнули русло высохшего ручья.
Вломились в заросли переспевшего крыжовника. Перевалив через невысокий холм, спустились в котловину. За ней вздымались серые скалы. Туманное облачко аэрозоля оросило камни. Мазур кивнул на вершину.
Обзор оттуда открывался прекрасный, километров на двадцать.