След пираньи

Вы еще бегали по тайге, а в Эрлангене уже полным ходом разворачивалась операция по вашей компрометации? Да мать вашу, каким чудом ваш коммерсант ухитрился прознать про операцию «Меч-рыба»? Что, я вам должен объяснять насчет круга посвященных?

– Вот и поискали бы среди посвященных… – огрызнулся Мазур чисто инстинктивно, тут же почувствовав, что вышло прямо-таки по-детски.

Лаврик поднял брови:

– Ну, капитан… Вам не кажется, что это уже попахивает паранойей? По некоему зловещему совпадению некий «крот» в больших звездах оказался добрым знакомцем хозяина «Заимки», где вы изволили проводить отпуск? И они быстренько договорились уничтожить вашу репутацию? Вы сами-то в такие совпадения верите? Хоть немножечко? – Он поиграл портсигаром.

 – Лично мне гораздо более соответствующим истине представляется другой вариант. Фрегат – это вы. И работали вы в тесном контакте с обоими покойничками из «Синильги» – Ярополовым и его боссом. Вполне возможно, вы и в самом деле побывали на «Заимке». И что-то у вас там не сложилось, что-то пошло наперекор вашим ожиданиям. Скажем, вы нервничали и рвались за бугор. А там решили, что вы, в принципе, и не нужны более, что «Меч-рыбу» по каким-то их соображениям гораздо выгоднее провалить с шумом и плясками… И пешки вроде тех двоих больше не нужны. Не такая уж редкость в практике разведки. Тут опять что-то произошло. По чести говоря, я готов допустить еще, что вы запаниковали, ударились в бега, вы как-никак битый волк, рыбка пиранья, и ухлопать вас отнюдь не просто… И начались ковбойские приключения. С этого момента ваши показания истине, очень может быть, более или менее соответствуют… Хоть и далеко не во всем. Как насчет такой гипотезы, дружище Фрегат?

Мазур сидел, сгорбившись, устало смотрел на него. Не было сил шумно протестовать, бить себя в грудь. Он понимал, что идет ко дну, как оброненный за борт колун, но решительно не представлял, что можно сказать или сделать. Не находил лазеек в хитро сплетенной сети обвинения, куда можно просунуть хотя бы голову.

Лазеек…

– Постойте, – сказал он. – А нападение на трассе, по дороге в Ермолаево? Это что, мне тоже привиделось? И похищение, и все прочее? Есть три свидетеля, помимо меня…

У него упало сердце, когда адмирал, даже не дослушав, ухмыльнулся с таким видом, словно только и ждал этой реплики:

– А я-то ломаю голову, когда вы сошлетесь на этот триллерочек… Будем его углубленно разрабатывать? Ну давайте… Только потом, чур, не хныкать.