– Вперед! – решительно скомандовал я и, тряхнув головой, побежал к повороту.
За мною последовали и остальные. Коварные растения, удовлетворившись принесенной жертвой, позволили остальным пройти.
Прошагав в полном молчании еще с узел, мы вышли на вырубленную магами Кана поляну. Нежная зеленая трава, словно гигантской невидимой бритвой срезанная под корень, была сплошь истоптана тяжелыми сапогами.
– Похоже, Череп останавливался тут на отдых, – заметил Далар и вопросительно посмотрел на отца.
– Привал, – махнул рукой Хикс, опускаясь на землю.
Поев и передохнув, мы продолжили путь. Казалось, зеленому туннелю не будет конца. И по-прежнему он шел строго на запад, параллельно стене вздымавшихся где-то по левую руку от нас Великих гор. Еще дважды нам попадались вырубленные магами Черепа поляны. На одной из них мы остановились на ночь – как ранее и отряд Кана, судя по тому, что посреди поляны в небольшом углублении виднелся потухший костер.
– Привал, – скомандовал Хикс, усаживаясь на землю у обгоревших деревяшек.
Я потрогал пальцами золу. Холодная… Насколько Кан нас опережает? На день? На два?..
– Нужны еще дрова, – пробурчал Ангхор, пытаясь заново разжечь костер.
– Так пойди и принеси, – раздраженно посоветовал ему Шактар.
Ангхор с опаской покосился на непроходимый подлесок, стеной обступавший поляну.
– А вдруг там еще какие-нибудь твари обитают?.. – неуверенно предположил орк.
– Конечно, обитают! – насмешливо хмыкнул Далар и, переглянувшись с Шактаром, добавил: – А ты их мечом, мечом!"
"Далар сделал такое движение, словно несколько раз протыкает кого-то невидимого перед собой.
– Светлика, я все еще не восстановил силы. Используй, пожалуйста, на этом дереве воздушные лезвия, – обратился к бывшей ученице Петавиус.
– Ты же магистр, неужели все, на что тебя хватает, – это одно паршивое заклинаньице? – пренебрежительно фыркнул Шактар.
Глаза мага полыхнули яростью. Он открыл было рот, чтобы разразиться в ответ гневной тирадой, но передумал и просто отвернулся. Застывшая на его лице маска высокомерного презрения красноречивее любых слов говорила: «Спорить с такими ничтожествами ниже моего достоинства!»
Тем временем Светлика приблизилась к густо опутанному лианами стволу.
– Стихия воздуха! Воздушные лезвия! – с ее растопыренных пальцев сорвался тугой поток ветра, в мгновение ока искромсавший черный высохший ствол дерева на куски.
Мелкие, словно нарезанные гигантской бритвой деревяшки вместе с обрывками лиан застряли в подлеске.