Наутро после бури берег моря был сплошь усыпан дарами: морские звезды, рыба, водоросли, даже небольшой осьминог, оказавшийся на берегу и наполовину исклеванный чайками. Саленко бродил по берегу, собирая дары природы.
Я вынес Аду на солнце — сегодня она перенесла вес на больную ногу и не ощутила боли. Завтра, по словам Саленко, можно было снимать этот гипс первобытных людей. Если боль не будет беспокоить, можно будет двинуться в путь уже послезавтра, дав ноге еще день отдыха. Трудно было понять, какое именно число и какой месяц.
Тут будет реклама 1
С каждым днем становилось жарче, но по этому признаку легко было ошибиться — мы двигались на юг. Это могло быть как начало, так и середина лета — кто знает климатические заскоки природы несколько тысяч лет назад.
Больше всего меня беспокоили слова Саленко о том, что через несколько дней пути перед нами покажется Босфор. Как мы преодолеем эту преграду? Даже если там окажутся бревна на берегу — нашей веревки не хватит для плота. Сам я мог бы и переплыть — плавал хорошо. Ада, с ее слов, в детстве занималась плаванием и даже выступала на всеукраинских соревнованиях на открытой воде, заняв почетное четвертое место среди двух сотен участников.
Тут будет реклама 2
Когда девушка призналась об этом, вопрос о ее фигуре и прекрасном тонусе груди отпал автоматически. Но Саленко плавал ужасно, это я помнил. Насчет Ару вообще все было глухо — парень не заходил в воду глубже пояса.
Оставалась слабая надежда найти на берегу рыбацкую деревушку по эту сторону Босфора. У тех рыбаков, на которых мы наткнулись ранее, были примитивные лодки, выжженные из ствола крупного дерева.
Тут будет реклама 3
Устойчивость таких средств была весьма сомнительна, но при хорошей погоде на них свободно можно преодолеть пару километров пролива. Я не помнил ширину водной преграды, но вряд ли это расстояние непреодолимое. В телевизионной картинке оба берега соединял мост, и насколько я помню, он был очень длинным. В любом случае, не увидев своими глазами пролива, трудно было решить проблему, хотя она не давала мне покоя."
"— Ард, иди, — махнул рукой Ару, зовя нас на ужин.
Тут будет реклама 4
Букву «Т» ему было сложно выговорить, вместо «Арт» у него получалось «Ард». За время общего путешествия в нем уже произошли перемены — парень каждый день плескался в море, зайдя по колено в воду. Нужду дикарь справлял уже отходя на порядочное расстояние, да и руки старался держать в чистоте. Труды Саленко по перевоспитанию не прошли даром — Ару преображался на глазах. Язык не поворачивался называть его, как прежде, дикарем.
