Мы третий день шли на юг, хотя Наик упорно рвалась в западном направлении. В общих чертах Ару и Саленко смогли понять историю нового члена группы. Наик была захвачена вражескими воинами на животных. Археолог предположил, что речь шла о всадниках — Ару, никогда не видевший лошадей, передавал слова женщины как «животные» с сомнением качая головой. Мне показалось странным, что несмотря на различия в языке, Наик и Ару могли понимать друг друга. Коммуникация происходила с трудом, но все же они могли объясняться.
— Это все пласт одних племен, пришедших из Африки примерно несколько тысяч лет назад — последнее переселение кроманьонцев. Долгое время они мигрировали по обширным площадям Средиземноморья и Анатолии, пока им не стало тесно. Мигрируя и постоянно находясь в контакте, они сохраняли базис языка, обогащая его за счет контакта с местными племенами, осевшими в этих землях раньше.
Слушать археолога было интересно — ландшафт вокруг был однообразен, мы были сыты и опасности не предвиделось. За третий день движения на юг лишь дважды встретились следы человеческой жизнедеятельности в виде костров и временных стоянок.
Саленко, радуясь возможности поговорить на любимую тему, продолжать составлять логические цепочки:
— Я предполагаю, что часть племен каким-то образом перебралась через Босфор. Оказавшись на той стороне, имея меньше контактов с другими племенами и группами людей, они притормозили в своем развитии: охотничьих угодий было много, врагов мало.
— Что вам еще удалось узнать? — мне была интересна судьба встреченной женщины. Наик благоговейно смотрела на Аду, не отводя глаз от ее волос.
— Ее увезли в сторону востока, — Саленко вперил взгляд на частично освещенный утренним светилом фрагмент неба. — Где есть всадники и большие дома. Возможно, речь идет о святилищах или иных фундаментальных постройках.