Но на лице не дрогнул ни мускул, а через чуть затемненные очки визуализации вряд ли кто-то видел торжествующие глаза. Опять оказался прав.
— Сергей, тебе просто деваться некуда, твой индивидуальный репликатор мы уже забрали, — наивные чукотские парни, его я установил в пункте временной дислокации на всякий случай, например, с Арены быстрее перенестись, — Возрождаться тебе попросту негде. Пойми, не из-за какого-то злодейства я это затеял…
Любимов чуть помолчал, затем продолжил монолог хорошего парня.
— Ты там, — полковник потыкал пальцем в сторону логова сектантов, — Сдохнешь! Учитывая все вводные, то вместе с тобой исчезнет возможность создать нормальное поселение, принять тысячи и тысячи отличных людей, с ними отвоевать планету, — увещевал товарищ, на совесть попытался надавить.
Усмехнулся. Не думал о такой подлости, не гадал?
Серьезно?
— Не велика ли плата? — спокойно спросил, — Вытащил твоих людей из плена, снабдил индивидуальными репликаторами, дал современнейшее оружие, экзоскелеты, транспорт, спас от смерти. И не раз… Самому-то не смешно?
— Только поэтому мы сейчас с тобой разговариваем, если бы дела обстояли иначе, то и отношение было бы соответствующее.
Затем оратор задумался, потер переносицу указательным и большим пальцами.
Никогда не доверял полковнику до конца, точнее, очень и очень мало у меня к нему этого ресурса имелось. Потому что точно знал — для того важны только его люди, с которыми он кровь реками проливал, которые и являлись, по сути, настоящей семьей.
— Постараюсь пояснить популярно. Смотри сам, пока ты действовал нормально, была надежда, что задумал правильные вещи. И мы шли с тобой до конца. Но здесь наши дороги расходятся. Я дорожу своими бойцами, и просто так, ради чьей-то прихоти под молотки их пускать не готов, и не намерен. Мне дорог каждый. Ты же решил… Ладно, проехали, — тот глубокомысленно замолчал, а я вычленял цели для атаки, задавая вопросы не для того, чтобы услышать на него ответ.