"Глава первая
- 1 -
«Сейчас ты бежишь, сломя голову. Земля горит у тебя под ногами. Ты боишься, тебе страшно до дрожи. Приходит осознание и понимание, что не скрыться и не уйти от расплаты и возмездия.
Я тебя, тварь, убью!
Уничтожу!
До этого момента заказ был просто бизнесом. Смерть подарили бы тебе легкую и безболезненную. Будто просто закрыл глаза, заснул… И все, попал в свой Рай, но, скорее всего, в Ад. Хороший итог суетливой и неправедной жизни отморозка и подонка, по которому плаха плакала. И ведь не верил я, что ты такой урод, такая паскуда.
Однако теперь все стало иначе. Сейчас это уже кровная месть! Ты выжег мозг моему родному брату. Взял, мразь, и выжег! Просто, как высморкался! Превратил его в улыбающегося идиота, которого не излечить. Запомни, я сначала уничтожу все, что тебе дорого. А затем дохнуть будешь долго, страшно, мучительно, и самой заветной мечтой станет только одна — поскорей бы конец. Но он придет к тебе нескоро. Потому что будет высшим благом.
Ты будешь ползать на обрубках ног, молить и просить, подарить тебе покой, но его не получишь. Только страдания и котел с кипящим маслом, здесь, на Земле. Обещаю! Клянусь! Готовься, ублюдок…».
И конечно еще много-много матов в мой адрес завершали послание, прилетевшее от Такеши Кено главы клана «Синоби» и по совместительству мэра поселения Кога. Надо же какие мы нервные. Хотел мне «подарить» покой, философ хренов, меценат. Многоточия еще многозначительные.
Ути-пути.
Вот уж действительно, вселенная не терпела пустоты.
— Не говори «гоп», пока не перепрыгнул, сучара! — зло выдохнул, даже непроизвольно кулаки стиснул.
Доберусь, доберусь до всех вас.
Шакалы гомодрильские, меня же хотели убить окончательной смертью за «бабло». КиллЕра, мать их. А в ходе операции вечер перестал быть томным, сами пострадали, я еще и виноват, как тот Дантес. Или как в бессмертном анекдоте: «а нас-то за шо?».
Выдохнул.
Дело было не в том, что меня задело до глубины души написанное. И поразило в самое сердечко, в естество. Нет. Злился я, потому что все планы летели в тартарары, а достижение конечной цели, к которой решил двигаться подобно баллистической ракете — быстро и неумолимо, отодвигалось на продолжительный срок.