Он подумал, не оставить ли здесь сундучок, но побоялся расстаться с ним.
Он прислушивался. Там, внизу, раздавался шорох, будто стая крыс бежала по туннелю. Можно вернуться и сказать инженеру Рази, что путь к нижним ярусам закрыт. Инженер не сможет проверить. Но трубарем двигало большее, чем желание угодить инженеру.
Крони подергал за провод и начал спускаться, повесив сундучок через плечо и наклоняя голову так, чтобы луч света был все время обращен вниз.
Подошвы башмаков гулко ударились о пол. По дну туннеля тек ручеек, и правая нога сразу промокла — подошва ее сильно отставала и шлепала при ходьбе.
"Позавчера, после Чтения, они сидели с инженером и инвалидом с асбестовой фабрики. Инвалиду рассказывал о библиотеке его отец, который молодым участвовал в большой облаве на крыс и заблудился в туннелях нижних ярусов.
— Мало шансов, — говорил тогда инженер, — что от нее что-нибудь сохранилось. Крысы — раз. Влага — два. Непредвиденные обстоятельства — три.
Рази говорил четко, негромко, как положено инженеру, которого слушаются, не возражая.
— Внимательно осмотри помещения, которые тебе встретятся, — говорил ему инженер. — Они нам могут пригодиться.
Уточнять инженер не стал.
Крони шел по туннелю. Вода под ногами была холодна, от нее поднимались запахи, и трубарь угадывал по ним, откуда собирался ручеек. Пахло стиральным мылом от квартальных бассейнов, кислотой, отработанным маслом, помоями. Крони представил себе, как ручеек собирается по каплям, сочащимся из трещин в трубах, и, спускаясь с яруса на ярус, находит путь к Бездне.
Сзади послышался шорох, словно капля воды скатилась по стене.
За ним шла большая крыса. Она не спешила и, когда луч фонаря достиг ее, присела и стала ждать, пока Крони пойдет дальше. В движениях крысы была неприятная осмысленность.
Он пошел быстрее, он должен дойти до домов Предков.