Где ты был?
— Я расскажу тебе обо всем, но сначала главное. Я знаю точно от молодого Спела, что примерно через час Мокрица начнет облаву. У тебя есть карта этого уровня?
Рази, не говоря ни слова, достал план.
— Я позову Джиня. Он был взрывником в шахте.
— Позови лучше Лоди.
— Почему? — Инженер поднял голову и, близоруко сощурившись, заглянул Крони в глаза.
— В вашем отряде агент Мокрицы. Спел сказал, что он одноглазый.
— Не может быть!
— Я бы тоже хотел ошибиться, инженер. Но лучше не рисковать. И еще: пока я просил провести к тебе, он хотел меня запереть.
— Хорошо, — сказал Рази. — Лучше не рисковать.
Рази выглянул в коридор и позвал Лоди. Потом в двух словах передал ему разговор с трубарем.
Лоди ничем не показал, что взволнован или не верит.
— Я скажу одному из моих мальчишек пристроиться к Джиню, как хвост к крысе. А что касается облавы, то надо поднять часть людей на уровень выше и зайти сзади.
Лоди вышел.
— Мне следует быть там, — сказал Рази.
— Погоди. То, что я скажу, важнее. Дай мне десять минут.
Крони уложился в восемь.
Рази ни разу не перебил его, лишь постукивал карандашом по столу. Иногда за дверью топали быстрые шаги, потом протащили что-то тяжелое. Где-то вдали вспыхнули крики, выстрел, и все снова замолкло.
— Ты счастливый человек, Крони, — сказал Рази, когда рассказ трубаря подошел к концу. — Я хотел бы побывать на твоем месте.
Лоди распахнул дверь, остановился на пороге:
— Джинь сбежал. Оглоушил моего мальчишку и сбежал. Наши побежали за ним по коридору, но боюсь, что поздно.
— Поздно, — согласился Рази. — Он много знает.
— Да, — сказал Лоди. — Он знает, где расставлены наши люди.
— Твой человек с фабрики вернулся?
— Нет еще. Ткачей загнали в цех и заперли там.
— Нас очень мало, — сказал Рази Крони. — И оружия меньше, чем у полиции.
— Зато теперь нам есть куда уходить, — сказал Крони.
— Лоди, — обернулся к своему заместителю инженер.
— Я там был, — сказал Крони. — И там остались мои друзья. Они помогут нам, если мы поднимемся наверх.
— А почему они не могут спуститься вниз? Почему они не перебьют полицейских и не освободят нас?
— Они здесь чужие, — сказал Крони. — И они не знают нашего города. Если бы все было как прежде, мы могли бы не спешить. Но теперь поздно.