– Надеюсь, – сказала Элли, передразнивая какую-то престарелую даму. Потом она вышла.
Луис взял последнюю вилку, вымыл ее и закрыл кран. Он стоял возле раковины, вглядываясь в ночь, пока мыльная вода капала из сушки с громким звоном.
Когда шум капель смолк, Луис услышал, как завывает снаружи ветер. Пронзительно и дико он завывал. Ветер дул с севера и нес к ним зиму. Луис понял: он боится, просто глупо боится неведомо чего, как порой боишься, когда облака закрывают солнце или когда слышишь тихие звуки, идущие непонятно откуда…
* * *
– Тридцать восемь? – спросила Речел.
– Это вирус, – сказал Луис. Он попытался не дать Речел говорить дальше, потому что ее голос звучал обвиняюще и раздражал его сейчас. Она устала. Для нее этот день оказался чересчур долгим. Она с детьми пересекла чуть ли не полстраны. Элли уже крепко спала в своей комнате. Гадж лежал на их кровати в состоянии, которое лучше всего можно было охарактеризовать как полубессознательное. Луис уже час как начал давать ему тетрациклин.
– Но после тетрациклина лихорадка вернется.
– Ты же не станешь давать ему энфициклин или еще что-нибудь в таком духе?
Луис начал терпеливо объяснять:
– Если бы у малыша был грипп или какая-то инфекция, я обязательно сделал бы все так, как ты предлагаешь. Но тут что-то другое. У него какой-то вирус, а при вирусах лекарства, о которых ты говоришь, не так уж хороши. Он только чаще станет ходить в туалет и начнется обезвоживание организма.
– Ты уверен, что это вирус?
– Ладно, если ты с моим мнением не считаешься, поступай, как сочтешь нужным, – фыркнул Луис.
– Ты не должен на меня кричать! – закричала Речел.
– Я не кричу! – снова фыркнул Луис.
– Кричишь! – начала Речел. – Ты кри-кри-чишь! – И тут рот ее задрожал, и она закрыла лицо руками. Луис увидел большие серо-коричневые синяки у нее под глазами и встревожился…
– Извини, – сказал он и сел рядом с ней. – Боже, я не знаю, что на меня нашло. Речел, извини, Речел…
– Все в порядке, все в порядке, – ответила она, слабо улыбаясь.
– Что-нибудь, за что можно устроить тебе скандал? – Речел слабо улыбнулась.
– Моя мама и папа подарили Гаджу десять обновок – сегодня он был в одной из них.
– Не заметил, чтоб на нем было что-то новое, – коротко сказал он.