Рунные круги в тот же миг растаяли, позволяя юноше распахнуть ткань.
В складках черного бархата он обнаружил кольцо. Золотой ободок был украшен крупной монограммой в виде трех белых хризантем. К нему прилагалась короткая записка. Рэм отложил кольцо в сторону и прочел:
“Если нужна будет помощь — обращайтесь”.
Юноша задумчиво хмыкнул и убрал подарок. Он сделал свою работу. Хорошо оплачиваемую работу. Но его посчитали достойным благодарности, и даже что-то обещали взамен. Это было интересно, и однажды, и правда, могло помочь.
Утро понедельника выдалось морозным. Осень все больше вступала в свои права. Рэм пробежался до тренировочного зала в одной рубашке. Мирэ уже легкими движениями пальцев пробуждал согревающие артефакты в стенах. Юноша опустился на коврик рядом с Игу и закрыл глаза, чтобы сделать очередную попытку очистить голову от мыслей. Но сегодня ему это не удалось.
— Заметил наконец? — спросил Мирэ.
Изгой обескураженно кивнул и снова зажмурился. Внутри него сияли и переливались ровным светом все пять точек. Они не уснули после пробуждения пепельной магии. И теперь Рэм получил возможность использовать их все в бою не только вместе, но и по отдельности. Остальное — дело тренировок.
То, что все будет непросто, изгой понял сразу. Мирэ вытянул из него все жилы в тот день.
Утром его растолкала Ри. Рэм пробормотал благодарность и отправился за новой порцией мучений, после которой их ждала Академия. Завтрак он проглотил не жуя. Казалось, что у него болит каждая мышца на теле. Игу смотрел сочувственно. Пока юноша собирался на уроки, Ри принесла в комнату еще одну охапку подвяленных трав. Выпытывать, что слепая собралась делать на этот раз, было совершенно некогда.
За воротами его уже ждали. Братец Роско стоял в двух шагах от входа, скрестив руки на груди. Старшекурсник хмурился. А за его спиной маячила нагари.
Глава 32
Рэм критически осмотрел старшекурсника. От Роско его отличала короткая стрижка и не такое мощное телосложение. И взгляд. Почему-то изгой подумал, что перед ним младший из братьев. Он неодобрительно покосился себе за спину и бросил Найат:
— Сгинь.