Несколько мгновений ожидания показались вечностью. Наконец, Мирэ чуть отклонился для удара, а белый лис присел, чтобы уклониться.
На этот раз пепел сработал безотказно. Стена пепла сбила лиса с ног, обволакивая белую шкуру. Раздался истошный визг. Он быстро оборвался, но Рэм все равно поморщился — привлекать внимание не хотелось. А затем Микка выпустила изгоя из пасти и…что-то сделала. Это было похоже на шумный выдох. Но, повинуясь ему, из камня появились две крепкие ветки. Они прижали тело белого лиса к двери в подземелье и вросли в камень, закрывая выход.
После этого Микка снова обернулась девушкой и вытерла пот со лба. Мирэ все это время деловито бинтовал запястья. Закончив, он повернулся и спросил:
— Решила следовать своей природе и пойти против семьи? Умно. Я не дам и половины лысого хвоста за то, что твой клан уцелеет после попытки переворота. Идем с нами, предательства твои не простят.
Но Микка внезапно отступила назад и покачала головой:
— Нет. Я здесь останусь. Вытащите Рэма и не впутывайте его.
Рэм заспорил:
— Нас больше, чем заговорщиков, и с одним демоном мы расправились…
Девушка резко отвернулась к нему и возразила:
— Но демон не один и вы…
В этот момент на ее голову опустилась рука Мирэ, и девушка обмякла. Учитель подхватил ее и аккуратно уложил на пол.
— Зачем? — вздохнул Рэм. — Она же про демонов начала рассказывать. И она помогла нам.
— Ты и сам понимаешь, что доверять мы ей не можем, а клану она нужна.
Изгою ничего не оставалось, кроме как, последовать за своим учителям по коридорам незнакомого дома. К удивлению юноши, они никого не встретили. Ни единого человека — ни солдата, ни слуги. И чем дольше они шли, тем сильнее мрачнел Мирэ.
Наконец, перед ними оказалась высокая и массивная входная дверь. Рэм пробежал глазами по странному орнаменту на створках, а его учитель ругнулся сквозь зубы.
— В чем дело?
— Дело плохо, — ответил Мирэ, срывая бинты с одного из запястий. — Увидишь. Не путайся под ногами.
Кровь снова сложилась в клинок. На этот раз Рэму показалось, что он был короче и плотнее, чем обычно. Но спросить он ничего не успел — учитель погрузил свое оружие в особенно приметный завиток странного орнамента. Уши заложило от визга. Мирэ удовлетворенно произнес:
— Сдохни, тварь.