– Привет тебе от рода Хегевара, паскудный хорёк! И постирай носки!
– Да! – пискнула одна из мелких девчонок с двумя бубликами волос на голове (её я видел в группе Целительниц). – И постирай носки-и-и-и!
Носков на ногах Горо, кстати, не было.
Шутейки вихрастого пацана он пропустил мимо ушей.
– Привёл всю свою нищую семейку? А где же ваш папаша? Ой, он же в тюрьме! – Горо широко расставил ноги, выставил кинжал и добавил: – Ну иди. Я тебе голову отрежу, длинный. Так хоть покороче станешь.
– Не дотянешься! Я плюю богам на макушку, а ты у них отсасываешь! – заржал тот.
Вся семья поспешила ему на помощь, и вместе они атаковали Горо. Ещё двое налетели на Джуна.
Бой был быстрым и беспощадным.
По ударам и тому, как двигались противники, несложно было догадаться, что многие из ребят учатся на Линии Стражей, хотя были ещё двое других: Целительница и Жрец.
Мальчишка в чёрном халате держал бубен, в который начал колотить так, что задребезжало в мозгах. А маленькая девчонка-Целительница вынула нунчаки и приготовилась кинуться в самую гущу драки.
Но бились в основном Стражи, и тут всё решали сила и устойчивость.
Таранные волны от щитов столкнулись с таким звуком, будто сшиблись металлические плиты. У Горо щит был прочнее, а сила удара выше, зато у вихрастого шутника имелось численное преимущество.
Скрежет и звон оглушили темницу, искры полетели в стены и опять зашипели.
Джун получил первым и отлетел к стене без сознания, ну а потом настала очередь Горо.
Парень успел лишь выставить оборону, его щит на руке увеличился за счёт магической энергии, но это его не спасло. Щит треснул и раскололся на куски. Горо рухнул на спину, пропахал лопатками пол и уткнулся затылком точно в мою ногу.
Догадавшись, где очутился, он с ужасом взглянул вверх, прямо мне в глаза.
Ну а я улыбнулся.
– Пока, хорёк. И постирай носки.
Удар моей ноги пришёлся ему туда же, куда Горо уже от меня получал.
Парня отшибло в сторону, и он затих.
Пока длилась драка, Изъян во мне исчез, и впервые в жизни я не проклинал его последними словами.
Семейство незнакомцев во главе с вихрастым подошли ко мне.
– Мидори сказала, что тебе Жрецы память промыть успели, но мне всё равно. Ты спёр мою одежду, бледнолицый, – предъявил он. – Я видел, как тебя вели под конвоем. Смотрю, идёт какой-то пацан и делает вид, что это его шмотки! И знаешь, я обиделся.