Глава 16
И вот наконец я был здесь. Я, Уильям Телль Сэкетт. Далеко же я забрался от родного дома, чтобы умереть, прислонившись спиной к скале в Моголлоне. Что ж, пора подбивать бабки. Получается, что не очень много я и успел в этой жизни. Сражался за свою страну в войне между Штатами, чтобы сохранить Союз. Я бы сделал это снова. Дрался с краснокожими. Перегонял скот из Техаса в Монтану. Прокладывал новые тропы на земле, помогал открывать самые красивые места на ней. Хотел иметь семью. Не получилось по злой воле человека, который сейчас угрожает мне смертью.
Жаль, что у меня нет сына, который продолжил бы мой путь.
Мысль о том, что тот, кто убил мою любимую подругу, останется в живых, была невыносима. Знаю, есть люди, которые хмурятся при упоминании о мести. Наверное, это правильно. Но я был парнем с гор, выросшем на феодальной земле и подчинявшийся кодексу феодалов. А нашим законом были Моисеевы законы: око за око, зуб за зуб."
"Загнав меня на скалу и сомкнув круг, они ждали. Ждали того, кто организовал погоню и был всегда в тени, кто ценой моей смерти надеялся спасти свою жизнь.
И все же наша встреча состоится. Ради нее мне дали отсрочку.
Я огляделся, выискивая щель, куда можно было забраться. За мной высилась рыжая отвесная стена, ниже, на более пологих участках, росли кедры. Это была разрушенная, выветренная непогодой и временем скала. С ее вершины в разное время упало много глыб, камней и деревьев. Каньоны, которые открывались направо и налево, были глубокие, а стены их отвесные.
Там, где я оказался еще ночью, пролегал своеобразный желоб, который тянулся по склону на несколько ярдов. Огромные глыбы отвалившейся части скалы образовали углубление в горе в несколько футов, и между плитами песчаника росла юкка. Доберись я туда, и меня никто не увидит, даже если стану двигаться.
Правильно говорят: редко встречаются такие прочные «углы», из которых нельзя найти выхода.