Мчался после уроков на СТО и пахал как проклятый до девяти, а то и до десяти вечера. По субботам вообще являлся с самого утра и отлучался максимум на пару часов — сыграть очередной матч.
— Как дела в школе, приятель? — спросил Тони, поднимаясь на ноги. — Надеюсь, после недавнего отстранения ты малость присмирел?
Шеф знал мое отношение к школе и не упускал случая прочистить мне мозги.
Школу я ненавидел до усрачки, но будь у меня выбор, безвылазно торчал бы в ее стенах — или в гараже, только бы не возвращаться домой.
— Я ведь уже объяснял, — буркнул я, направляясь вслед за Тони в его кабинет и по совместительству бендежку. — Этот утырок Пол Райс совсем оборзел.
— Ну да, ну да, а ты просто хотел научить его уму-разуму. — Тони поставил чайник и кивнул на фингал у меня под глазом. — С такой физиономией всех клиентов мне распугаешь.
Я молча пожал плечами.
— Джо, тебе бы поменьше лезть на рожон, — втолковывал Тони, разливая чай в две кружки.
Зато успею дотянуть до совершеннолетия, чтобы свалить отсюда куда подальше.
— Наверное, — вслух согласился я, проведя языком по только-только затянувшейся ране на губе.
— А ведь ты мог бы добиться многого уже сейчас. — Тони протянул мне кружку и завел очередную шарманку на тему моих талантов.
Устроившись на стуле напротив, я отхлебнул чая и почти отключился от его болтовни — лишь кивал и поддакивал в нужных местах.
Содержание таких бесед не менялось из раза в раз. Из раза в раз мне твердили одно и то же.
Тони.
Бабуля Мёрфи.
Директор БМШ.
Тренеры и инструкторы.
Гребаное бла-бла-бла...
— Привет, папуля, — донеслось с порога.
Тони осекся, а мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
В дверях маячила длинноногая блондиночка в до боли знакомой униформе, и я едва не матюкнулся вслух.
Какого хрена! Опять она.
Та самая крошка, заноза у меня в заднице.
— Ифа! — обрадовался Тони. — Каким ветром?
— Мы с Полом занимались в библиотеке. Готовились к промежуточным экзаменам на следующей неделе. — Залившись румянцем, примерная дочурка скинула рюкзак на пол и поспешила к отцу. — И представляешь, так увлеклись, что потеряли счет времени, а ты запретил мне возвращаться одной затемно.