Клетка семейного очага

Она никак не могла оторвать взгляд от этих удивленных глаз. «Нет, только не с ним!» – прогнала она от себя пугающую мысль. Грохот падающего тела заставил ее вздрогнуть. Вслед за ним раздался женский крик. Зотов, а за ним и Роговцев вскочили из-за стола и склонились над упавшим. «Скорую», «Скорую» вызовите кто-нибудь!» – Зотов уже и сам достал мобильный телефон из кармана. Роговцев выпрямился и оглядел присутствующих.

– И полицию заодно, – добавил он очень спокойно.

Глава 7"

"Матвей смотрел на неподвижное тело хозяина тусовки с недоумением.

Недоумение было вызвано совсем уж неуместной мыслью, какая промелькнула и все же нашла себе уголок в его сознании: таких неудачников по жизни, как Курлин, не убивают.

Матвей знал о Курлине все. Несколько лет назад он писал статью о взятках в институте, где преподавал Курлин. Масштабы мздоимства были таковы, что Роговцев, что называется, ошалел. Студенты и их родители, коих он опрашивал (а таких, рискнувших, было немного), каждый указывал на своего личного вымогателя.

В результате «чистым» остался один… Курлин. «Он живет в нищете, в занюханной квартирке, ездит на старом рыдване», – перечисляли ему студенты. Матвей тогда проверил. Все так и было. Из интереса он поспрашивал, нет ли у того каких побочных доходов, но Курлин все свое время тратил на любимое хобби и не брал даже репетиторство. Жена с ним давно развелась, сын остался с ней. Теперь ей принадлежит сеть магазинов одежды, дама она вполне преуспевающая.

А Курлин, судя по его сегодняшнему выступлению, не изменился.

Еще студентом он был занудой и к тому же имел вид весьма засаленный. Волосы мылись редко, костюм не гладился никогда, ботинки блестели, но от многослойной грязи. От Курлина всегда несло чем-то кислым так, что даже парни шарахались в сторону, что уж тут говорить о девушках!

Вспомнив Курлина молодого и сравнив с Курлиным сегодняшним, Матвей пришел к выводу, что ни тогда, ни сейчас тот не мог быть никому интересен. Ни как объект наживы, ни как герой романтических страстей, ни как предмет зависти или ненависти.

– Матвей, там полиция подъехала, – Зотов дернул задумавшегося Роговцева за рукав. – Я отойду на секунду, поговори с ними сам.

– Ты далеко?

– Да нет. Там, – он кивнул куда-то в угол, – знакомая сидит, подойду к ней.

Роговцев всмотрелся в глубину зала и увидел женщину, к которой направлялся Зотов. «Я ее знаю. Это жена Судняка. Арина, кажется. И где это Зотов успел с ней познакомиться?» – подумал он, отворачиваясь.