Все жили в предвкушении грядущей новизны и оригинальности, готовясь к войне и уже имея в загашнике сформированное украинское правительство. Оставалось только войти с немецкой армией на родную землю и перенять власть.
Олесь устроился в редакцию «Краківських Вістей», где рисовал для каждого номера карикатуру или что-то героическое: например, немецких солдат, идущих в атаку, одухотворенный портрет фюрера, а то и что-нибудь лирическое – красивую девушку с букетом цветов, мечтательно смотрящую в светлую даль.
"И вот настал день, который Олесю суждено будет сохранить в памяти на всю жизнь. Собственно, ни день, а вечер, когда он впервые увидел ее, ту девушку, увидел и не мог отвести от нее удивленного взгляда, так она приковала к себе его внимание! Его тянуло к ней, словно они знали друг друга с детства. Он еле сдержался, чтобы не подойти и не сказать: «Привет! Как давно мы с тобой не виделись! Как дела?»
Редакция размещалась на Кармелитской, он быстрым шагом пересек Рынок, неся под мышкой папку с рисунками.
В редакции было шумно, там собрались не только штатные работники, но и литераторы, всегда заходившие сюда на огонек по вечерам. Главный редактор Михайло Хомяк* для таких встреч всегда готовил небольшое угощение – бутерброды, чай и вино.
На широком столе были разложены отпечатанные страницы завтрашней газеты с белыми «окнами» – местами для иллюстраций и фотографий.
– Привет, Олесь, – обратил на него внимание шеф, – мы тебя уже около часа ждем. Показывай, что принес.