Фаге – кухарь. Готовит еду из подручных средств. И тоже единственный на всю крепость.
– А как же охтаны, далрокты? – недоверчиво хмыкнул я. – Им что, нормальная пища не нужна?
– Охтаны жрут все что ни попадя. – Машта пренебрежительно отмахнулась и с досадой ойкнула, нечаянно смахнув кинжалом несколько несозревших шляпок. – Я так понимаю, мир, из которого они пришли, жуть как скуден на ресурсы, так что эти типы крайне непривередливы. Плевать им на какое-то особое приготовление пищи. Что меня вполне устраивает – от горячего никто из низуши не откажется, у нас желудки не такие луженые, а стараться еще и ради охтанов… ну уж нет.
– Недолюбливаешь их?
– Да любить-то их не за что. Бойцы… бойцы – да, врать не буду, толковые. Можно сказать даже отвязные – страх им неведом. Но что у них в голове творится – не понять. Могут помочь, а могут и в спину ударить без видимых причин. В общем, мы – сами по себе, и они сами по себе. И всех это устраивает.
– А что скажешь насчет далроктов?
– Ты о еде? Да никто не знает, чем они питаются.
– Даже так… – очередная загадка. Может, эти черти вампирят втихую, пока никто не видит? Бродят ночью по залу и собирают налог кровью со своих же? Бррр… А что, видок у них очень даже готичненький. Так, надо сменить тему, пока меня окончательно не занесло разыгравшееся воображение. – Так, а кто у вас оценщик?
– Никто. В локации нет ювелиров, украшения достаются только в виде добычи с монстров.
Я даже по лбу себя хлопнул, да так, что смачный шлепок разнесся под сводами пещеры. Ракшас! Черт возьми, совсем о нем забыл! И он никак не напомнил о своем существовании, когда мы с низуши пересекали зал, – в клетке было темно и не чувствовалось движения, а голова, буквально перегруженная новой информацией, была забита другими заботами.
– Это еще что за звук? – Пращница подозрительно глянула в мою сторону.
– Не важно. Машта, тот ракшас, что напал на меня вчера, он еще жив?
– А почему тебя это так заботит? – проворчала Машта, швырнув не понравившуюся грибную шляпку в воду.