От грохота взметнулось роскошное одеяло, открыв две головы: рыжую мужскую и женскую с распущенными волосами. Мужчина закричал, вскочил, голый и трясущийся, с тонкими ногами и отвислым животом.
– Наместник? – рявкнул Владимир страшно.
– Наместник… – ответил мужчина дрожащим голосом. – Боярин Вырвидуб… меня ставил сам великий князь Ярополк! Вам отрубят головы…
Владимир с силой ударил его кулаком в лицо:
– Нет больше такого князя!
Наместник рухнул на пол, корчился, выплевывая кровь и завывая от ужаса. Ингельд хищно прыгнул на ложе выпачканными в грязи сапогами.
"Владимир следовал за наместником, переворачивая его пинками. Сапоги уже ступали по крови, а Ингельд с хохотом накручивал на кулак роскошные волосы, повернул девку так и эдак, наслаждаясь властью, когда в его руках не только ее тело, но и жизнь.
Сапог Владимира достал наместника под ребро. Хрустнуло, тот хрипел, выплевывал крошево зубов в красной слюне. В коридоре послышался топот, звон железа. Наместник с надеждой повернул голову.
Ворвались два викинга с обагренными мечами. Владимир указал на Вырвидуба:
– Этого привязать, чтобы он видел свою женщину… Надеюсь, это его жена, а не полюбовница. Потом можете поиметь ее за своим ярлом.
Один кивнул с готовностью, другой засмеялся:
– Конунг! Мои уши больше ласкают хрипы умирающих, чем сладкие стоны женщины!
Он выбежал вслед за Владимиром. Уже по всему терему слышались душераздирающие крики, вопли, звенело оружие. Снизу потянуло гарью, Владимир бросил коротко:
– Беги вниз! Всякого, кто начнет жечь, карай на горло. Это теперь наше, понял?
Викинг опрометью бросился вниз. Кроме хрипов умирающих, он хотел слышать и звон монет! Придется останавливать, а то и убивать своих же берсерков, у которых звериная жажда разрушения сильнее благородной страсти к обогащению.
К полудню город был в руках Владимира. Вместе с посадником схватили с десяток его помощников, тиунов, челядь. В Новгороде, по мере того, как ширилась весть о возвращении их князя, поднимался радостный крик. Новгородцы, без нужды схватив ножи и топоры, бежали к княжескому терему.
Владимир велел выкатить из подвалов на улицу бочки с вином.