Дружина за такими щитами становилась неуязвимой для конного войска. Но у новгородцев конницы не было, ее бы просто не провели через непроходимые леса.
Владимир отметил эту первую ошибку воевод Ярополка. Прием, который приносил успех даже при атаках тяжелой ромейской конницы, был зряшным. Правда, и пешей рати новгородцев все равно непросто сшибиться с киянами.
– Подать коня! – велел он.
– Зачем? – спросил Войдан подозрительно.
Владимир поморщился:
– Я князь или не князь?
– Гм… ты князь, а я – воевода этого войска.
Владимир невольно усмехнулся. Войдан напирает на то, что если Владимир думает о ромеях, Германии, червленских городах, то он – воевода – думает только об этой битве и уже потому лучше в ней разбирается.
– Я не вмешиваюсь, – объяснил он, – я хотел бы вызвать киян на поединок.
– Рехнулся, – ответил Войдан твердо. – Тебе не всегда будет везти так, как под Полоцком.
– Почему?
– Святослав не всех героев сгубил в Болгарии. Уцелевшие стоят с Ярополком.
Владимир скрипнул зубами:
– Надо поднять дух нашенских лапотников!
– Князь, если тебя убьют, то нас всех ждет петля.
Владимир серьезно посмотрел в озабоченные глаза Войдана:
– Я боюсь погибнуть еще больше, чем ты… чем любой из этого вшивого войска! Ты даже не представляешь, как много я теряю. Но если мы не выиграем этот бой, петля нас ждет наверняка.
Войдан был мрачнее грозовой тучи.
– Мы все время ходим по лезвию меча. Это Ярополк может проигрывать бои, но он остается великим князем. А нам любой проигранный бой – гибель.
– Последний и решающий, – прошептал Владимир.
Он пустил коня вперед, привычно пробежал кончиками пальцев по рукоятям мечей, поерзал в седле, проверяя крепость ремней, подпруг. В его теле медленно просыпалась звериная сила берсерка, но, странное дело, он умел ее держать в узде, и озверевшим телом в любой схватке управлял мозг, куда не докатывалась красная пелена ярости.
Ему пришлось трижды проскакать взад-вперед перед рядами киян, вызывая поединщика.
Войдан не понимает, подумал он зло. Да, в передних рядах стоят лучшие из лучших, а это остатки дружин Святослава. Но эти дуболомы ценят только молодецкий удар, отвагу и воинское умение. Приходится подставлять голову под меч одного из богатырей Святослава, а ныне Ярополка, чтобы вызвать у них чуточку тепла.
– Эй! – вскричал он страшным голосом.