Там же были и ответные письма барона (совершенно подлинные), в которых тот советовал заниматься своими делами и не лезть в военные вопросы. Как понял Володя, это письмо было передано для зашифровки. Шифрованное письмо потом отправили, а это осталось в шкатулке у барона. Все эти бумаги и попали теперь к Володе. Из них он и составил винегрет из подлинников и подделок, в которых разобрался бы разве что сам барон. Шкатулку же, конечно, спас лично Раймонд после разгрома. Не все, но часть архива вызволить сумел, поскольку мужланы-ополченцы, разграбившие воз барона нифига не поняли, что попало им в руки и продали всё за грош.
— В общем, всё понял? Передашь ему это письмо и этот пакет. Офицер там должен знать где назначена встреча с кораблями. Выбираешься из замка и едешь туда, где и встречаешься с посланцами.
— Э-э… а откуда вы знаете, милорд, что тот офицер знает…
— Знаю. Откуда — совершенно неважно. И вообще, учись сам думать. Если силы разделяют на три группы, значит у них должна быть общая точка, через которую они смогут скоординировать действия.
Разговор шёл ещё долго и в течении всего этого времени Володя как мог объяснял что он хочет от Винкора и чего ожидает. Закончив, попросил Осторна выделить тому комнату, в которой Абрахима и заперли с чернилами и кипой бумаги.
— Всё напишешь и дашь мне. А пока садись и пиши.
Закончив с этим делом, Володя вернулся в гостиную, где и плюхнулся на скамейку, устало прикрыв глаза. Аливия немедленно пристроилось рядом. Видя, что мальчик устал, она ни о чём спрашивать не стала, а просто села рядом и ухватила его за руку. Мальчику слабо улыбнулся. Осторн и Руперт решили пока не приставать с новым уроком математики и тихонько устроились за столом, обсуждая куда можно пристроить эту новую систему счёта и что нужно будет изменить в бухгалтерских книгах.
Снова заявился Конрон.
— Я сейчас за городом был, — с порога сообщил он, заметив Володю. — Виделся там с твоим… этим… Филлипом. Тот просил передать, что тропу на холм они прорубили и скоро начнут поднимать первый требуше. Сейчас там костры готовят, поскольку до темноты бояться не успеть поднять всё. Пока же вершину ровняют и устраивают настилы, ставят частокол.
— Хорошо.