Не последнюю роль в этом играло то, что сам князь тренировался наравне со всеми, хотя все видели, что ему, из-за его сложения приходится тяжелее всех. Даже благородные не выступали — раз уж сам князь занимается, то и они не должны ударить в грязь лицом. Правда Володя подозревал, что не последнюю роль сыграло основательное внушение сделанное Конроном. Ну так на то и подчинённый, чтобы поддерживать командира. Через неделю Володя был более менее удовлетворён состоянием войск.
— Нам бы ещё месяц… — бормотал он, глядя как солдаты отрабатывают удары, а чуть в стороне конница сшибает соломенные чучела.
Володя подумал, что если арзусцы справятся, то роль разведчиков возьмут на себя конные лучники, но пока эти самые лучники, выражаясь теми же словами арзусцев, были как коровы на заборе.
— Настоящими арзусцами не будут! — отрезал командир кочевников, когда Володя спросил об успехах. — Но в седле держаться заставим. Нужен месяц.
Месяца не было и тренироваться им приходилось даже когда армия двигалась из Тортона к столице. Сейчас кочевники особенно зверствовали, но и успехи были… всё равно мало и плохо. Собственно всё впечатление от армии Володя мог выразить этими двумя словами: мало и плохо. Но других солдат не было и приходилось подстраиваться под них.
Когда солдаты пришли с очередного учебного марша и повалились прямо на землю в лагере к Володе подъехал всадник в великолепных доспехах, которые защищали не только его, но и коня.