Её мать потом пришла к ней и долго сидела с дочерью… она думала, что уже потеряла дочь.
— Хвастаешься?
— Хвастаюсь? Нет, пытаюсь кое-что тебе объяснить. Так вот, когда королева просила меня о помощи, у неё в глазах стояли слёзы… Она так смотрела на дочь… вот как вы герцогиня. Вы ведь тоже любите дочь? Так вот, милая Аника… — Володя опять улыбнулся, заметив реакцию девочки на обращение, — чтобы вам стать принцессой, надо убить и Ортинию и её мать. Вы готовы это сделать ради титула?
Герцогиня вскрикнула… Похоже, до неё дошло.
— Вам король дал титул герцога Торенды! — ахнула она. Вскочила, не зная, к кому бросаться к сыну ли или дочери.
— Вижу, вы поняли, — кивнул Володя.
Аника испуганно попятилась, но тут же взяла себя в руки и вздёрнула голову.
— Вы убьёте меня и брата ради титула?
— Но ведь вы готовы были убить Ортинию и её братьев, чтобы стать принцессой?
— Вы… вы чудовище!!! — герцогиня наконец притянула к себе детей и заключила их в объятия.
Володя пристально смотрел ей прямо в глаза, пока герцогиня не сдалась и не отвернулась.
— Правда? Только потому, что дело коснулось ваших детей? Судьба других вас не касалась и мужа вы не осуждали?
Герцогиня побледнела, её взгляд заметался, ища поддержки хоть у кого.
— Милорд, — наконец выдохнула она… — Прошу вас… Пощадите их…. Они же не виноваты…
— Не виноваты, что родились детьми герцога? Или в том, что отец забыл о клятве?
Володя отвернулся и снова направился к выходу, но опять задержался.
— А вот это не надо.
Герцогиня, набравшая уже было воздух, чтобы что-то сказать, глотнула.
— Что не надо?
— Предлагать мне не надо то, что вы только что хотели предложить. — Володя кивнул на Анику и снова глянул на её мать. — Я прав?
Улияна медленно кивнула, в глазах страх уступил место ужасу…
— Нет, мыслей я не читаю, просто это самый очевидный ход, чтобы спасти детей и вроде бы легализовать моё положение в герцогстве. Но этого не надо во-первых, потому что такой ход спас бы только вашу дочь, но не сыновей.