Пока обережники кричали и выли, Клек всё тем же ножом вскрыл брюхо животному, руками вырвал из чрева печень, впился в неё зубами. Выглядело это и жутко и маняще одновременно.
К этому моменту уже все покинули сёдла, кто-то осматривал добычу, кто-то просто переводил дух."
"– Батька! – Клек протянул печень Воиславу.
Тот тоже отгрыз от неё изрядный кусок, а потом взял нож и оделил каждого из своей ватаги. Даниле достался изрядный кусок, который он слопал без остатка. Вкус оказался потрясающий, а может, это всё ещё бурлящий в крови адреналин влиял, но насыщенный кровью кусок сырого мяса просто сносил башку.
– На что, любо! – прокричал Данила. – За Клека и Воислава.
– За Клека и Воислава, – подхватили остальные.
В нашедшийся котелок из походных фляжек налили у кого что было, распили эту импровизированную братину прямо на туше тура.
– Да, а пусть теперь сотник охотится на кабанов! – сказал Скорохват.
– Ну, кабанья печень тоже вкусная, – заметил Дровин с иронией.
Все засмеялись.
– О, вот и гридни едут, – предупредил Жаворонок.
Кавалькада всадников быстро приближалась.
– Батька, – неожиданно спросил Шибрида, – а ведь лошадь жалко твою, как неудачно она под тобой понесла.
– Да уж, бывает, – ответил Воислав.
Сказано было тихо, но Данила на свою голову услышал и уловил скрытый в вопросе подтекст, так что у него закралось нехорошее предчувствие. Но тут подъехал сотник с гриднями, спешился, поздравил с удачной охотой, хотя вид у него в самом деле был недовольный. Пообещал из башки тура сделать чучело и вернуть на обратном пути из удачного похода, а что поход будет успешным после такой охоты, сомневаться не приходится.
– Кто зверя взял-то? – спросил один из гридней.
– Ну, а кто же, один из лучших моих бойцов – Клек, – ответил Воислав, указав на варяга, похлопывающего шею коня.
Клек, просто лучившийся самодовольством, подвёл Грозомила к нему.
– Такие мы вот, обережники, батька, садись в моё седло, а я уж сам до города доберусь.
Воислав согласно кивнул, принял повод и прыгнул в седло, Грозомил и не подумал выказать недовольство, покорно ждал приказов всадника. Остальные обережники тоже запрыгнули в сёдла, Клек и Шибрида сели на одного коня и вместе с дружинниками поскакали к городу, оставив разделывать добычу псарям и следопытам.