Из них тридцать два человека — команды пришвартованных дирижаблей, тринадцать человек — смертники, и порядка полусотни человек — обслуживающий персонал воздушного порта. Ещё порядка полусотни были ранены взрывами, остальной персонал вообще плохо понимал, что произошло.
Глава магистрата продемонстрировал поразительную изворотливость, на ходу переквалифицировав теракт в высокоранговый прорыв изнанки. Я начинал подозревать, что настоящих прорывов изнанки в нашем мире происходило не так чтобы и много. Гораздо чаще ими прикрывали и списывали местные разборки.
Менее чем через полчаса прибыл сын дона Чезаре Джакомо с гвардией рода и лекарями. К вечеру все выжившие были абсолютно уверенны, что счастливо пережили прорыв изнанки минимум седьмого ранга и каскадную детонацию двигателей дирижаблей. Нам же предстояло провести переговоры с Борромео. Как-то не так мы себе представляли наше триумфальное возвращение. Но в существующей ситуации неизвестного врага, старательно стравливающего наши рода, было бы глупостью не обменятся информацией.
— Может, всё же остановитесь у нас? — предложил Джованни, когда я помогал устанавливать личности погибших по останкам для передачи родственникам.
— Нет. У нас есть свой дом. Туда и отправимся.
— Ещё неизвестно примет ли вас палаццо дель Те или нет. Пообещайте хотя бы рассмотреть наше предложение в случае неудачи.
— По-твоему, я похож на человека, способного полагаться на счастливый случай в таких вопросах? — я задал вопрос по-русски специально, чтобы нас не могли понять местные.
— По-моему, ты похож на человека, способного жить, полагаясь на… как это у вас говорят… — он задумался, подбирая слово, и даже засветился от счастья, вспомнив подходящее: — Вот! На ебу*** случай! И ведь работает!
Если бы не ситуация вокруг, я бы рассмеялся. Вот уж точно, у меня не жизнь, а сплошной *** случай, верно подмеченный по простоте душевной Джованни.
— И всё же откажусь.
— Там не жил никто четыре сотни лет, ты состояние палаццо представляешь? — уже совсем в лоб продолжал стоять на своём маг смерти.
"Ольга с Тэймэй трудились со всеми наравне, не покладая рук. Благодаря иллюзионистке с даром овеществления иллюзий они смогли развернуть полевой лазарет прямо здесь, обрабатывая раны и оказывая первую помощь. И хоть лечить они не могли, но остановить кровь, промыть рану и наложить повязки — вполне.